Елена Троянская

Вокруг нее суетились Лаодика и другие золовки, но я оттеснила их: отныне вступало в силу обещание, данное мной Гектору.

— Я буду сопровождать ее, — сказала я.

Под моим присмотром Андромаху отнесли обратно во дворец — сразу ставший мрачным и пустым: ведь никогда более в него не войдет Гектор, не позовет и не обнимет жену. Астианакс жалобно и пронзительно плакал в своей колыбели. Но он счастлив хотя бы тем, что этот день не отпечатается в его младенческой памяти.

Андромаха очнулась, но начала бредить, у нее словно помутился рассудок.

— Гектор, Гектор! — кричала она. — Гектор, приди скорее!

— Тише! — успокаивала я. — Гектор погиб, защищая тебя. Он любил тебя до последней минуты. Он и теперь думает о тебе.

— Я должна увидеть его! — кричала она. — Я должна похоронить его — о горе мне, бедной! Я не смогу жить без него! После похорон я отправлюсь к нему!

— Хорошо. Но только после похорон. А похороны могут быть не скоро. Для подготовки потребуется время.

— К нему! Скорее к нему! — кричала Андромаха, пытаясь встать.

— Ахилл увез тело Гектора. Чтобы похоронить, его нужно вернуть.

Она упала на кушетку и забилась в рыданиях.

— Но мы вернем его. Вернем, — гладила я ее по голове.

Наступила ночь. Равнина перед Троей оставалась пустынной. Приам послал людей, чтобы под покровом темноты попытались принести тела убитых, и повторил свой приказ не рыдать. Однако люди не могли его исполнить: слезы текли по щекам, невидимые в темноте. Экспедиция оказалась почти безрезультатной: тела тех, кто погиб в реке, были унесены в море или увязли в прибрежной топи. Удалось найти и принести в город тело двенадцатилетнего Полидора, любимого младшего сына Приама. Мне сказали, что, когда Приам увидел его, он застыл надолго, а потом произнес: «Теперь он гуляет по Елисейским полям за руку с Гектором».

Тело же Гектора лежало, обнаженное, возле шатра Ахилла.

Геланор стал самой важной персоной в те дни: все взгляды были обращены к нему. Только его разведчики могли сообщить нам, что происходит в лагере греков. Пока они выжидали подходящего момента, чтобы подать нам весть, мы изнемогали от неизвестности и нетерпения. Наконец один человек сумел пробраться в город и сообщил, что предыдущим вечером Ахилл устроил поминальную трапезу в честь Патрокла, которого не предавал огню три дня: каждое утро Ахилл трижды протаскивал вокруг него тело Гектора за своей колесницей — словно это могло порадовать Патрокла. Для души усопшего есть одна отрада — беспрепятственно попасть в царство Аида. И вот явилась Ахиллу во сне душа злополучного Патрокла и взмолилась: «Скорее погреби мое тело, чтобы я могла проникнуть в ворота Аида! Сейчас души усопших меня прочь отгоняют, не дают переправиться через реку, и я брожу бесприютно вокруг дома Аида».