Трофей императора

Да кто он такой, чтобы «тыкать» ей! Принцессе Этрурии!

Она уже набрала побольше воздуха в легкие, чтобы поставить нахала на место, но в последнюю секунду проснувшееся благоразумие успело захлопнуть ей рот.

- А ты тот кифард, чье пение мешает мне спать, - буркнула она не слишком любезно.

- И потому ты бродишь одна в темноте по незнакомому саду? Смелая дева.

В тоне мужчины звучала насмешка. Он явно потешался над ней, словно бы не заметив ее фамильярности. Значит, и вправду слуга. Благородный льер уже бы поставил на место, напомнив о том, как следует обращаться к высшему сословию.

губу, Валенсия запахнула мантилью на груди и стиснула ее концы в кулачках. Да, она была принцессой, которую с рождения учили повелевать, но здесь в темноте, в чужой стране, в незнакомом саду, наедине с мужчиной, который может таить опасность, она была всего лишь беззащитной девушкой восемнадцати лет.

Легкий ветерок мазнул по ее спине, поиграл выбившимся локоном и понесся дальше, ероша траву."

"- Вы не представились, - напомнила она, медленно отступая в сторону аллеи. – И почему это мне не стоит опускать руку в воду?

Но мужчина будто не слышал. Он вдруг сделал шаг в ее сторону, и лунный свет упал на его лицо, освещая резкие скулы и нос с горбинкой, присущие всем даргам. В его глазах, сейчас казавшихся темными, как сама ночь, не было ни намека на веселье. Густые брови сошлись к переносице, тонкие губы были стиснуты в бледную линию, а на скулах и вдоль висков по направлению к шее серебрились чешуйки.

- Стой! – произнес он почти беззвучно. – Не двигайся.

В его тоне прозвучала такая внутренняя сила, что Валенсия тут же застыла, будто кролик перед удавом. Она даже дышать перестала. Только сердечко продолжало стучать, как безумное, и каждый удар отдавался в висках, точно удары кузнечного молота по наковальне.

Расширенными глазами она смотрела, как он приближается к ней.

Значит, все эти сказки о драконьем воздействии вовсе не сказки? Они и вправду могут заворожить…

Эльха Пресветлая, о чем она только думала! Столкнуться с одиноким даргом в темном саду глупее, чем перепутать благородного льера с безродным слугой! У них свои законы, своя мораль, а запах девственницы для них все равно, что кровь для вампира...

Между тем мужчина пересек разделявшие их жалкие метры и остановился чуть ближе, чем позволяли правила хорошего тона. Ни слова не говоря, он коснулся ее подбородка, и девушка, подчиняясь беззвучному приказу, запрокинула голову.

Теперь он возвышался над ней, как скала. Темный, загадочный и очень опасный. Эта опасность окружала его невидимым, но хорошо осязаемым облаком, словно королевская мантия, наброшенная на плечи. А еще поразительная сила. Не физическая, хотя она тоже чувствовалась в очертаниях его мощной фигуры.