Трофей императора

Ты сама это знаешь.

- Знаю, - та, кого в Обители знали под именем матушки Данелии, подошла и встала рядом с сестрой у окна, из которого была хорошо видна площадь перед храмом. Сейчас эта площадь была пуста, если не считать крошечной женской фигурки с метлой. – В этом вся сложность. Но меня беспокоит то, что сейчас происходит. Эта девушка, Валенсия, она вносит смуту в сердца других послушниц. Тебе не следовало приводить ее сюда.

- Но и оставить ее умирать от инициации я тоже не могла.

- Она другая, сестра. Она выросла в мире смертных, и слишком многое ее связывает с ним.

- С нашим миром ее тоже многое связывает. Разве об этом не свидетельствуют обстоятельства ее рождения и успехи в учебе? Но ты права, она застряла между мирами.

- И что ты думаешь делать?

- Предоставлю ей самой сделать выбор. Иначе никак. Нити ее судьбы слишком плотно переплетены с нитями нашего мира и человеческого. Но я буду надеяться, что она останется здесь.

- Поэтому ты запретила ей видеться с даргом? Чтобы подтолкнуть в нужном направлении?

- Не совсем, - по тонким губам Ариоссис мелькнула печальная усмешка. - Она начала догадываться, что новый дракон появился не просто так. Мне не нравятся мысли, которые посещают ее светлую голову, но я ничего не могу с ними сделать. Тут я бессильна.

- Почему же не сделала этого раньше?

- Надеялась, что все будет иначе. Но судьбу не обмануть. Даже мой запрет - лишь временная помеха. Если бы Роннар пришел за ней в человеческом виде, обида и боль заставили бы ее оттолкнуть его. Но он появился в теле дракона. И не открылся ни ей, ни сыну. С его стороны это умный ход. Я смотрела сквозь пальцы, пока она относилась к нему как к остальным анкрам. Но когда она начала его выделять… я воспользовалась своей властью, данной мне в границах Обители.

- Ты не сможешь контролировать ее бесконечно. Ее силы растут. Вскоре она найдет способ обойти твой запрет. К тому же, дороги судьбы вот-вот откроются перед ней.

- Я знаю. Но опять же, ты сама понимаешь, что ни одна из нас не может повлиять на час и место, когда это произойдет. И ни одна из нас не может заставить ее ступить на тот путь, который нам нужен. Иногда наш дар кажется мне наказанием. Видеть все, знать все, и при этом не иметь возможности повлиять даже на самую крошечную песчинку…

- Такова наша суть, сестра. Мы всего лишь наблюдатели. Наше дело взращивать зерна магии, ухаживать за всходами и надеяться, что однажды они дадут урожай.

Ариоссис смолчала. Она не спешила отвечать, обдумывая собственные мысли. Но вот, после долгого молчания, заговорила:"

"- Я знала о рождении Валенсии еще за тысячу лет до того, как она появилась на свет. У нее было три судьбы. Люди могли отдать ее Лесу, как поступают со всеми, подобными ей. Могли убить ее, или бы она сама умерла во младенчестве.