Трофей для дроу

Просто не представляю, как это: пустить в нашу с Айрениром жизнь другого мужчину.

Теперь, когда я понимаю причину своего состояния, мне легче с ним бороться. По крайней мере, я уже не виню себя в несдержанности и распутстве. Я воспринимаю это как естественный процесс организма: как голод, жажду или желание облегчиться.

Вот если приспичит посреди города, что тогда делать? Терпеть? Вот и здесь терпи, уговаривала себя, пока Эрионар касался моих обнаженных плеч, ласкал шею кончиками пальцев или скользил затуманенным взглядом по моему лицу.

Я знаю, что он может принудить меня завершить связь. Просто позволит себе немного больше – и все, я не смогу противиться зову плоти.

Но он ни разу не преступил границ дозволенного. Те легкие прикосновения, которые он срывал украдкой, были предельно деликатными. Но даже их хватало, чтобы я боялась утратить контроль над своим телом.

Наше расписание повторялось изо дня в день. Ночь любви, утренний туалет, завтрак, часовое сидение в кресле с руками Эрионара на плечах, отдых в объятиях мужа, прогулка, библиотека…

После обеда и ужина продолжение: Эрионар, Айренир, остальное по обстоятельствам.

Джанна и Леоверен покинули нас на второй день. Я догадывалась, о чем они говорили с сыном перед отъездом за закрытыми дверями. Видимо, уговаривали не ждать, пока я ""созрею"", и немедленно закрепить связь. Но он остался верен слову, которое мне дал, и не собирался ни к чему принуждать.

А на седьмой день в нашу жизнь вторглось мое недавнее прошлое. Причем то, о котором я предпочла бы забыть.

После обеда мы, как всегда, уединились с асуром в его кабинете. Айренир сразу отказался присутствовать. Знаю, ему больно видеть, как меня касаются чужие руки, а потому не стала настаивать. Мне самой легче, если мы с Эрионаром вдвоем.

Сразу после стабилизации наша связь пульсировала ослепительно белой нитью, а мы сами дрожали от напряжения и смахивали выступивший пот.

– Воды? – Эрионар протянул мне бокал.

Я согласно кивнула. Пить хотелось неимоверно.

Он повернулся ко мне спиной, заслоняя окно. Мне показалось, что я увидела яркую вспышку за его плечом, и нехорошее предчувствие на миг сжало сердце. Подчиняясь проснувшейся интуиции, я подскочила на кресле. Открыла рот, собираясь предупредить Эрионара, но не успела.

Последующие события слились в клубок отрывочных картин. Тихое, на грани слышимости, жужжание. Удар. Треск разбитого стекла. Асура бросает на меня спиной вперед. Я кричу, задыхаясь от ужаса. По шелковой голубой рубашке Эрионара расплывается огромное золотисто-алое пятно…

Кто-то выбивает двери, сорвав их с петель. Я слышу, как они падают, снесенные одним ударом. Меня подхватывают на руки, я вырываюсь и опять кричу, цепляюсь в ужасе за тело Эрионара.