Трофей Его Высочества

Если представить, что эти сны – происки дара, который позволяет мне видеть прошлое, то, возможно, и то видение про убийство Анхельма – тоже правда? Вдруг мой брат…

Нет. Хельм жив. Я чувствую! И не стану думать иначе!

И всё же, может, есть смысл попробовать увидеть и то, что сейчас происходит с моим братом?

Я улеглась на сидение, поджала ноги и положила под голову тюк со своими вещами.

– Хочу увидеть Хельма, – прошептала едва слышно. – Хочу увидеть, что сейчас с Анхельмом…

Повторила несколько раз, потом ещё не меньше сотни, но уже мысленно. И всё-таки уснула.

Вот только приснился мне не брат. А я сама.

…И я проснулась. Открыла глаза и уткнулась взглядом в спинку предыдущего сидения.

За окнами серел рассвет, рядом тихо переговаривались мужчины, монотонно гудели двигатели. Вот такой ныне была моя реальность.

Снова прикрыв веки, я попыталась вернуться свой приятный сон, но заснуть больше не смогла. Лежала, прокручивая в голове все события столь реалистичного ведения, и всё больше запутывалась.

Я узнала тот сад, и ту беседку. Это место располагалось на острове Коддара, который принадлежал Ханийскому Королевству. Моя тётя Вивьен была замужем за лордом Харитом, занимающим там должность губернатора.

Той зимой в нашей столице стояла особенно промозглая дождливая погода, и мы с фрейлинами – Мейлой и Варной – отправились греться на Каддар, где тепло царило круглый год. Это случилось… кажется, два с половиной года назад.

Да. По случаю праздников Солнцестояния во дворце прошла целая череда балов, и я успела устать от подобных мероприятий. Потому, пока мы гостили у тётушки, она старалась масштабных праздников не проводить. И всё же довольно часто приглашала интересных людей и устраивала музыкальные вечера. Я познакомилась едва ли не со всеми молодыми мужчинами острова.

Вот только Анмара среди них точно не было.

Но во сне всё выглядело так реально. И его прикосновения, его голос, его дыхание на моих губах. И всё же это будто был не он. Без шрама я не сразу узнала принца. И улыбка – настоящий Анмар ведь совсем не улыбается.

А взгляды и вовсе были совершенно разными. У Мара из сна глаза лучились теплом и притягивали. А у принца из реальности взгляд всегда оставался холодным и равнодушным. Пусть иногда в нём проскальзывают эмоции, но их почти не разглядишь.

Так что же я видела во сне? Или это просто происки фантазии и расшатанных нервов?

Если бы не странные разговоры, заставившие меня сомневаться в собственной вменяемости, я бы не стала зацикливаться на каком-то там сновидении. А так оно только укрепило мои сомнения.

И ещё, кажется, мой раскрывающийся дар каким-то образом пытается давать мне подсказки. Значит, рано или поздно я смогу всё понять. Нужно лишь дождаться.