Трофей Его Высочества

Но когда в гостиную шагнул совсем не Мар… попросту растерялась.

– Добрый день, Эниремия, – поздоровался Гервин, прохаживаясь по комнате. – Вижу ты мне не рада. А ведь завтра мы станем родственниками.

Знакомый насмешливый тон мигом привёл меня в норму. Я смерила айвирского кронпринца хмурым взглядом, но даже вставать не стала, так и осталась сидеть на подоконнике.

– Доброго дня, Гервин, – ответила ему. – Что привело вас ко мне?

– Уверен, ты ждала Мара, – бросил он, опускаясь в кресло. Мне следовало самой предложить ему присесть, но сохранять с ним вежливость было непросто.

– Ждала и жду. Ты знаешь, где он? – я тоже обратилась к нему на «ты», лишний раз напоминая себе, что я давно не пленница, а наши статусы теперь равны.

– Беседует с Анхельмом. Обсуждают тонкости брачного договора, который вам предстоит подписать уже сегодня вечером.

Этот договор был причиной наших с братом неоднократных ссор. Хельм внёс туда немыслимое количество подробностей, там имелся даже пункт о том, сколько раз в неделю мне позволено отказывать супругу в близости. Как часто он имеет право требовать исполнения супружеского долга, и прочая чепуха. Я настаивала на исключении подобных личных пунктов, а брат утверждал, что это сейчас мы ослеплены любовью, а в будущем всё может измениться. Но я сильно сомневалась, что мои чувства к Анмару хоть когда-то ослабнут. Мне, наоборот, казалось, что с каждым днём они становятся лишь сильнее.

Даже не представляю, какой итоговый текст Анхельм подсунул моему жениху. Надеюсь, Мар сможет убедить его, убрать хотя пункты об интимной стороне нашего брака.

– Мама тоже здесь, – проговорил Гервин. – Она просила передать тебе, что зайдёт после ужина.

Вот после этого сообщения я не смогла не улыбнуться. За те два месяца, что у нас гостила королева, мы успели с ней по-настоящему подружиться. Если честно, я уже очень плохо помнила свою маму, а Её Величество Элина, эта добрая мудрая женщина, отнеслась ко мне с удивительным теплом. Я же всеми силами старалась сделать так, чтобы она не чувствовала себя пленницей. А та, шутила, говоря, что этот плен для неё – настоящий отдых.

Когда она узнала, что я могу мысленно общаться с Маром, то и вовсе прониклась ко мне родственными чувствами. И как-то незаметно для нас обеих начала звать дочкой.

– Я очень рада, что она приехала, – ответила я Гервину. – Жаль, что ваш отец не сможет присутствовать.

– Ну кто-то же должен управлять страной, – с иронией бросил брат моего жениха.

Я усмехнулась, но ничего не стала отвечать.

– Ты пришёл, чтобы передать мне слова Её Величества? Или решил добить, так как в прошлый раз не получилось?

Мой голос звучал отрешённо. А сама я отвернулась к стеклу, за которым с неба медленно спускались снежинки.