Трофей для хулигана

Одним резким толчком входит до упора и тормозит.

— Не останавливайся… — я разочарованно хнычу и сама начинаю приподнимать бёдра ему навстречу.

— Обхвати меня ножками… — хрипит, и я с удовлетворением понимаю, что он тоже уже на грани.

Егор сминает мои губы в поцелуе, и дальше мы срываемся в настоящее безумие. Губы, зубы, языки, укусы, его жесткие подачи и мои несдержанные стоны…

— Открой глаза, Даша, — дрожащим голосом приказывает Егор.

Я усилием воли распахиваю веки и не вижу больше ничего, кроме двух блестящих голубых омутов перед собой.

— Я хочу, чтобы ты понимала, кто с тобой, — добавляет с неприкрытой ревностью и мощными, глубокими толчками сносит меня в сумасшедший оргазм. Мои ногти раздирают его спину. Я ощущаю подушечками пальцев бегущие по мужскому позвоночнику вибрации, и Егор со стоном пульсирует во мне, заполняя до краев.

— Я люблю тебя, Дашка, — шепчет мне прямо в губы и целует. Нежно, едва касаясь. А я будто получаю второй оргазм, только в душе.

Мужчина спускает мои ноги на кровать и перекатывается на спину, утягивая меня к себе на грудь.

Я лежу тихой, счастливой мышкой и боюсь пошевелиться пока, Егор перебирает мои волосы.

Как-то же нужно ему ответить. Я люблю мужчину, который зачётно занимается со мной любовью вторые сутки? Мужчину, ради которого отменила свадьбу? Нет? Тогда я сошла с ума. А если — да? То — тоже…

— Егор… — говорю тихо.

Сижу в машине возле следственного и курю в открытое окно, изредка поглядывая на дверь здания. Как там звали этого адвоката? Тимур, кажется… Время — девять пятьдесят. Звонить ему ещё рано. Получилось приехать с запасом.

Пальцы выбивают дробь по рулю, пульс рубит явно больше сотни, ещё и кожу тянет в районе раны на голове. Даша говорит, что так и должно быть, когда заживает. При девушке у меня как-то получается сдерживаться и отключаться от своей реальности. А без нее… Делаю тягу и щелчком выбрасываю окурок в окно. Это — уже четвёртая сигарета за час.

Выпитые с утра таблетки постепенно начинают действовать, и мне ненадолго удаётся расслабиться. Блаженно прикрываю веки, а губы даже трогает улыбка.

Перед глазами, как в двадцать пятом кадре, мелькает аппетитная Дашина попка в нежно розовых трусиках. Почему-то именно эта деталь врезалась в мою память и сейчас зверски будоражит. Конечно, после бурной ночи, мы с Дарьей проспали. А потом она летала по квартире шумным ураганом, собираясь на работу.

Я готовил завтрак на двоих, и откровенно наслаждался своей новой реальностью.

Едкий внутренний голос напоминает мне, что поступаю я с девочкой нечестно. И если о футбольных движах она догадалась сама, то про проблемы Макса придётся рассказать.