Трое против Пинкертона

Но если и не поверил, то это к лучшему.

– Почему к лучшему?

– Он лично поедет её предупредить, чтобы узнать подробности.

– Значит завтра с утра снова выслеживаем поляка, – скорбно заключил О'Лири.

Нью-Йорк Сити, май 1892

Трегубов поднялся по лестнице на небольшое крыльцо и теперь стоял перед дверью, ещё раз сверяя адрес на листке, который ему дал ротмистр Смирнов. Кажется это должно быть здесь. Посреди деревянной двери было прикреплено металлическое кольцо. Иван взялся за это кольцо и дважды постучал. За дверью послышались шаги, а затем она открылась.

– Беркман! – воскликнул шокированный Иван.

– Где? – спросил не менее удивленный мужчина, который появился на пороге, а сейчас, после возгласа Трегобова, заглядывал ему за спину.

– Прекратите это представление?! Что за кривлянья? Это Вы – Беркман!

– Я тоже Александр, но к счастью или несчастью Станкевич, а не Беркман, – возразил мужчина, – проходите в дом, Трегубов.

– Я не понимаю…Ах, постойте, я же должен спросить, что-то там про розы, – вспомнил Трегубов.

– Забудьте, – махнул рукой Станкевич, – да, заходите уже, я вчера получил письмо, что Вы приедете.

Иван прошел внутрь, он вспомнил про чемодан с бумагами из России. Возможно, что это письмо привёз он сам. Обстановка в квартире была роскошной. Везде старинная мебель, но в отличном состоянии, на стенах висели картины, изображающие морские пейзажи. Перед выложенным камнями камином стояли два кресла.

– Присаживайтесь, – предложил Станкевич. Вам налить что-нибудь?

– Воды, пожалуйста, – пытаясь осознать, что Станкевич это не Беркман, попросил Иван.

– Воды? А Вы стало быть решили, что я Беркман. Спутали нас, – прочитал мысли Трегубова Станкевич.

– Да, – честно признался, устраивающийся по удобнее Иван, – не знал, что Вы служите в жандармском корпусе?

– В жандармском корпусе? Можно и так сказать, хотя я бы подобрал другое слово, работаю на него.

– Очень интересно получается. А с Беркманом Вы знакомы?

– Да, один раз видел, – Станкевич налил себе немного светло-коричневой жидкости в стакан, присел во второе кресло и пояснил, – виски, перенимаю местные обычаи.

– И какой он из себя?

– Беркман? Молодой, черноволосый…Что Вы хотите знать о нём?

– Он приезжал с Вами в Россию? – спросил Иван.

– Я не знаю. Хотел. Но ездил или нет мне неизвестно.

– А Вы зачем приезжали?

– Как зачем? – переспросил Станкевич. Вы же были на собрании, чтобы установить связи американских анархистов с русскими."

"– Это просто смешно, – Трегубов расслабился и откинулся на спинку кресла.

– Что именно смешного Вы здесь видите? – обиделся Станкевич.

– То что устанавливать связи поехали Вы и Надеждин.

– Ну и что тут смешного, – пожал плечами Станкевич.