Трое

Но у них практически у всех есть один большой недостаток - любопытство. Мегги умерла именно поэтому. Не стоило приходить ко мне ночью. Я не забрал у нее ключ, недосмотрел… И тебе не стоило… Но ты не такая же, как Мегги? Не болтливая… Хотя подружке разболтала, но это вопрос решаемый…

Он говорил и говорил, своим глубоким бархатистым голосом, поглаживая аккуратно и даже нежно Мишель по лицу,шее, забираясь длинными пальцами в волосы на затылке.

Девушка закрыла глаза, напряглась,  ужас просто сводил скулы, кожа, казалось, каменела под его пальцами.

- Что-то ты напряженная...Тебе не нравится? - с наигранной заботой спросил он.

- Не нравится, - с губ сорвалось прежде, чем Мишель успела обдумать ответ.

- Почему? Тебе твоя подружка рассказывала же, какой я в постели? Вы, женщины, обычно откровенничаете об этом.

- Нет.

- Не рассказывала? Странно. Хотя, может, причина в другом… Сколько тебе лет, девочка? Шестнадцать, семнадцать? У тебя был мужчина?

Мишель , не в силах выдавить из себя хоть слово, кивнула.

- Да? Ну надо же… - Слегка разочарованно протянул он, - а выглядишь совсем ребенком… Такая нежная, невинная… Твоему мужчине повезло с тобой. Кто это? Этот мальчик? Твой жених? Он приходил ко мне сегодня.

Мишель резко раскрыла глаза, уставилась на мужчину с недоверием.

- Да, чего ты испугалась? Он приходил, просил помочь в твоих поисках… ты знаешь, сколько ты уже здесь? Он тебя потерял… Я сказал, что ты ушла из города. Решила отправиться в свободное плавание. Смешно, но он поверил, представляешь? Чуть не расплакался у меня в кабинете. Но искать тебя не отправился, я проверил. Ты любишь его, девочка?

Мишель кивнула.

- Да? Ты знаешь, мне показалось, что он любит тебя, как бы это сказать...Недостаточно. Когда любят по-настоящему, не отпускают. И не  перестают искать, никогда.

Мишель отвернулась, некстати вспомнив Диксонов. Мартинез говорил, что они ищут ее… Все еще ищут… С трудом поборов дикое желание внезапно заплакать, девушка лишь закусила губу.

- Ты сексуально кусаешь губы… - мерзкий бархатный голос раздался прямо над ухом. Тяжелое дыхание, внезапно грубые руки на груди. Господи, да что же делать? Как выбраться?

- Нет, нет, нет… не надо, пожалуйста, пожалуста, - Мишель все-таки не выдержала и заплакала. Она понимала, что спасения не будет, надежда, что удастся с ним договориться, истаяла, когда девушка ощутила, что ее раздевают, жестко зажимают грудь, больно кусают в шею, вцепляясь в волосы, оттягивая голову назад.

Внезапно Мишель поняла, что ее руки  и ноги свободны. Наверно, насильнику мешали веревки, а , может, хотелось более острых ощущений, борьбы. Девушка затихла, позволяя стащить себя с кресла на пол.

Губернатор рвал на ней одежду, не церемонясь, стараясь добраться  до трусиков.