Трое

После того, как Мерл озвучивает результаты проверки изгороди и свои выводы относительно того, куда могла отправиться девушка, схема поисков приобретает законченный вид.

Разделившись на несколько групп, мужчины прочесывают городок до самого вечера, не пропуская ни одного дома, ни одного подозрительного места. Слава Богу, ходячих в городе немного, но достаточно, чтоб быть настороже и чувствовать себя неуютно.

Постепенно, после нескольких часов безуспешного поиска, группы возвращаются в дом. Все, кроме Диксонов, которые, разделившись, продолжают искать.

Но спустя сутки, даже им становится понятно, что Мишель в городке нет.

Мишель.

Мишель вышла из дома, как только стемнело. Небольшой рюкзачок с самыми необходимыми вещами, пара ножей, один на поясе, другой за голенищем сапожка, небольшой пистолет с запасом патронов, еда на пару дней.

На весь двор раздавался храп Мерла из машины. Мишель постояла, перебарывая в себе дикое желание подойти, посмотреть на него. Не надо. Уходить надо сразу, не оглядываясь, тогда не так больно. Как с Жозе. Как с родителями.

Уходить, забыв плохое, помня только хорошее.

Забыть пустой взгляд впавшего в наркотическое забытье Мерла, равнодушие и пустоту. Помнить его ласку, заботу, сильные умелые руки, внимательные жадные глаза.

Забыть хриплое злое рычание Дерила, боль  от резких грубых движений, обиду и ужас. Помнить его нежность, страсть, ощущение невероятной защищенности в его объятиях.

Дежурил Гленн. Полчаса назад к нему на веранду прошла Мегги, поэтому Мишель  удалось выйти совершенно незамеченной."

"Плана, куда идти, не было. Прямо, в городок, найти дом, переночевать, и двигаться дальше. Скорее всего, на юг. Там тепло, там легче добывать еду. Может, удастся найти какую-нибудь группу, где ее примут. В конце концов, она много чего умеет, спасибо Диксонам.

На глаза навернулись слезы от неожиданно пришедших воспоминаний о том, как братья учили ее самообороне и нападению, в том охотничьем домике, как ставили руку для верного удара ножом… Как целовали потом, внезапно загораясь, утаскивая томно постанывающую, уже готовую на все после их ласк девушку в домик, чтоб заняться любовью, долго, нежно, до сумасшествия, до потери реальности…

Мишель задохнулась от некстати нахлынувших слез, от обиды на братьев за то, что все случилось так… Как они могли? Как они могли сначала дать ей так много, а потом все отобрать в один момент? Как ей теперь с этим жить? Зачем ей теперь жить? Ведь понятно же, что не будет больше у нее никогда такого.

Да она никогда никого к себе и не подпустит так близко. Больше никогда.

Мишель дошла до городка, толкнулась в дверь маленького круглосуточного магазинчика, уже основательно разграбленного. Внутри никого не было.