Трое из Леса. Вторая трилогия

Волхв вздрогнул, вклинился между Таргитаем и Мраком. Мрак злорадно отодвинулся еще дальше, позволяя и рыжеволоске втиснуться, за что Лиска подарила взгляд такой горячей благодарности, что у Мрака от неловкости вспотела спина.

Над головами раскачивалось темное небо с россыпями колючих звезд. Самая яркая смотрела через настолько ветхое облако, что Таргитай тут же увидел его как одежду молодого нищего, под которой скрывается чистое яркое сердце…

Он начал прикидывать, не вставить ли в песню, но облако медленно перетекло из ветхой одежды в отвратительного дракона, что заглотил звезду, а та бродит по внутренностям, натыкаясь на ребра, просвечивая, пытаясь прорвать толстую кожу, кое-где истончая… и вот наконец прорвалась, победно озарилась… Хотя не совсем прорвалась, виден приподнятый хвост дракона, звезда вывалилась у него из-под хвоста. Не совсем чистая, вроде потемнела малость…

Он вздрогнул, этот образ совсем не для песни, разве что для грубого Мрака, бегом пустился догонять четверку.

Призрачный свет падал на деревья, высвечивая верхушки, а все остальное пряталось в такую тень, что чудилось то страшное, что было до первого дня творения. Из черноты стрекотали неутомимые кузнечики, над головой тяжело прогудел жук. Земля под ногами еще казалась теплой, недавно прогретая солнцем, но от кучек деревьев несло ночным холодом.

Олег тихохонько догнал Мрака, пошел рядом. Мрак слышал его мерные шаги, затрудненное дыхание. Волхв что-то хотел спросить, но не решался. Но Олег есть Олег, даже когда трусит, он заставляет себя сделать шаг.

– Мрак, – послышался его голос, в котором были тревога и недоумение, – я одного не понял…

– Счастливец, – позавидовал Мрак.

– Почему?

– А я ни черта в жизни не понимаю. Чем больше узнаю, тем больше запутываюсь.

– А-а-а-а… Нет, я о другом, помельче. Не о целом доме, а о кирпичике… Но понять надо, раз уж из кирпичиков…

Мрак скривился:

– Ну, говори.

– Ты сказал, что повязка сползла…

– Сказал."

"– Но как могла сползти, если застряла бы на твоих ушах? Они у тебя не больно гнутся. У коровы бы – да, но ты не совсем корова… Человек не совсем, но не корова же? Да и глаза закрыла бы. Да не корова, а повязка! Правда, для тебя нюх важнее, но и глаза все-таки… Да и нос мешал бы. Хотя если приплющить… Нет, все-таки мешал бы.

– А рот? – бросил Мрак ядовито.

– Ну, рот проскочила бы, – рассуждал Олег. – Губы у тебя не те, что у Тарха. Но дальше вовсе какая-то дурость!.. У тебя ж плечи – ого! Даже о-го-го.

Мрак не слушал занудные рассуждения, шел, оглядывался на женщин. Обе притихли, чуют неладное. Звезды заливают землю призрачно-мертвым, но ярким светом. Лес чернеет в сторонке, они идут вдоль реки, памятуя, что люди всегда селятся вблизи воды.