Трижды рождённый

Овражек там… Мимо такого не проедешь, хоть и скрыт деревьями – смердит так, что глаза режет. Заглянула в него, а там степные крысы кишат, от мух рукой не отмахаться и … Тела! Много! Очень много тел. Все не целые, словно мясник свинью разделал и оставил на солнцепёке лежать. Овражек неглубокий – в три роста примерно, но длинный. Весь почти заполнен до самого верху! Тут меня стошнило в первый раз… И во второй… Думала, что нечем будет уже, как рядом со мной пробежала крыса. Здоровенная такая! Отожравшаяся! А в зубах у неё… Маленькая, полусгнившая ручка… Кисть… Я не помню, как убежала оттуда, и мои девки не отставали! Вы меня знаете – крови не боюсь ни чужой, ни своей, но такого ужаса ни разу в жизни не видела! Там все, кого в этом проклятом Фолб погубили, лежат! Я теперь засыпать боюсь – знаю, какие кошмары мучить будут!

Нирра села на землю, обхватив голову руками, и вдруг завыла не своим голосом:

– Всех! Всех до единого! Ни одной Твари пощады не будет! За что их всех так?! Сама подохну, но ни одной в живых не оставлю!

От её слов, глядя на такое состояние бывалой воительницы, нас разбил натуральный паралич. Все вживую представляли себе картину, нарисованную ею. Несмотря на духоту, знобило.

– Завтра… Всё завтра… – первой опомнилась Настоятельница. – Успокойте её и помойте. Вся запахом смерти пропиталась.

Самое мерзкое и страшное утро в моей жизни… Рассказ Нирры хоть и подготовил нас к увиденному, но оказался лишь лёгкой присказкой – действительность оказалась намного ужасней! Приходили мы в себя до самого вечера.

Уже впотьмах Невва собрала Совет.

– Надо что-то делать, – сказала она, с омерзением посмотрев на еду, которую притащили слуги. – Мне хочется бежать отсюда, сломя голову, но оставлять их там…

– Да, – согласилась Ярра, – оставлять не по-людски, а подойти… Боюсь, я второй раз не выдержу.

– Если мы их не отправим нормально к сёстрам, то совесть будет мучить до самой смерти, – вступил в разговор Викт-Орр. – И люди... Что подумают люди о нас? Я бы такому, наплевавшему на мёртвых, сам лично бы в морду плюнул.

– У тебя есть предложение, внук?

– Да, Агга. На всех плотов не хватит. В Фолб жить... Я не знаю, кто осмелится после всего, что здесь было. Предлагаю свезти, как бы муторно ни было, всех в него и спалить вместе с замком! И ещё… Если в Зальт такое же, то столицы там не будет, так же, как и самого Зальт!"

"– Вряд ли, Вить… – ответил я парню. – Скорее всего, Фолб использовался как инкубатор – место для разведения Тварей. Помнишь слова Веррии, что новообращённые Серые приходили в замок, наслаждались пытками, пополняя силы, и уходили? Таких замков может быть несколько, но только не Зальт – слишком суетно для Гниббы такое видеть под своими окнами. Так что, кроме подвалов с пыточными, должно быть всё “чистенько”.