Трижды рождённый

Такое маленькое тельце и такой большой нож…

Невва-Инн-Шлёсс резко вскочила и, схватив два ближайших стакана, выплеснула содержимое в лицо обезумевшей матери, напоследок отвесив сильную пощёчину. Женщина упала со стула. Подскочив, Настоятельница зафиксировала руками её голову и проорала в лицо:

– Соберись!!! Слышишь?!! Ты не виновата!!! Отомсти Серым Тварям за смерть дочери!!! Сейчас каждое твоё слово важнее сотни мечей!!!

Веррия долго приходила в себя. Наконец, её взгляд приобрёл осмысленность и она виновато сказала:

– Да… Простите…

– Не извиняйся! – ласково сказала Нирра. – Мы понимаем твоё горе. Здесь каждый из нас терял близких, но то, что пришлось пережить тебе… Я бы точно руки на себя наложила.

– Хотелось. Очень. Да и сейчас хочется постоянно, – честно ответила ей Веррия. – Только, когда мы вырвались из замка, то думать о других пришлось, а не о себе. Шестьдесят восемь воительниц и ни одного мужчины – всё, что осталось от нашего восстания… За нами была погоня, а я лучше всех знаю родные земли, так как из женщин замка не выжил никто. Стала предводительницей. Весь этот сезон Серые твари гоняли нас, как степных крыс. Ни дня без погони, словно они чувствовали, куда мы направляемся, каждый раз отсекая от границ с ничейными землями. Раненые, убитые… Часто жрали траву и листья, если подстрелить дичь на охоте или несколько рыбин поймать не успевали. Все понимали, что наша смерть дело времени, но никто не сдавался. Мы же в том леске, где вы нас повязали, собирались немного отдохнуть и принять последний бой. Если не испугаетесь и пойдёте на Фолб, то и нас с собой возьмите – у каждой долг крови такой, что и несколькими жизнями не расплатимся.

– Пойдём! Обязательно пойдём! – успокоила её Невва. – Только как к нему подступиться? Замок крепенький – явно, от первых прародительниц достался.

– Не знаю, Настоятельница. Внутри замка все известные мне тайные ходы в стенах покажу, а вот снаружи нет ничего такого.

– А наружные стены насколько толсты? – проявил профессиональный интерес Герул.

– Пять широких шагов везде. Хотя…

Веррия на секунду замолчала, а потом добавила:

– Года три назад река сильно разлилась и подмыла в одном месте. Участок небольшой, шагов сорок, но рухнул знатно вместе с частью обрыва. Моя мать наспех в один ряд дыру камнями заложила, а стальное – подпорки деревянные. Только, к чему вам это?

– Есть к чему! – довольно произнёс кузнец, потирая руки. – Спасибо тебе, Уважаемая Веррия! Ты нам очень помогла!

– Ну, раз помогла, то прошу меня отпустить с вашего Совета. Голова кружится и плохо мне, а надо перед боем как можно больше сил набраться.

Ослабевшую женщину увели под руки, а мы ещё долго молча сидели, раз за разом переживая внутри себя её страшный рассказ.