Трио неизвестности

Сейчас его интересует самая яркая, расположенная ближе всего к Близняшке звезда, вокруг которой крутится пограничная Пелерания. На фоне звезды планета совсем теряется, но «дальний глаз» в системе наведения «Изделия» очень мощный, намного мощнее, чем те, что стоят на станциях слежения, это самый большой «дальний глаз», который когда-либо создавали урийцы. И поэтому Пелерания видна очень отчётливо. И Канцлер наводит «Изделие» на сияющую Сферу Шкуровича.

Он не собирается никого посылать на лингийскую планету. Цель эксперимента другая.

В путешествие отправится сама планета.

– Цель зафиксирована, – докладывает начальник Службы наведения.

– Половина мощности.

– Довести до полной.

– Есть довести до полной.

«Изделие-99» начинает дрожать. И кажется, Близняшка начинает дрожать и вздрагивать от нестерпимой нагрузки. Здания Фабрики темнеют – всю энергию забирает «Изделие» для того, чтобы разогнать Философские Кристаллы, возбуждающие грандиозную конструкцию из астрелия.

Первый контур давно запущен, «Изделие-99» готово к основной работе.

– Внимание! – говорит Канцлер, чувствуя себя Разрушителем. – Второй контур!

Близняшка трясётся так, словно готова развалиться на части. Невидимый луч вырывается из устройства, пронзает пространство и бьёт прямо в Пелеранию.

Теперь проклятый лингиец никуда не денется…

Все отсеки «Пытливого амуша» заполнены воем сирены, но здесь, в астринге, она почти не слышна, поэтому слова звучат отчётливо. С оглушительной резкостью.

– Что происходит? – громко спрашивает Кира. И смотрит сначала на астролога, а затем – на ведьму, которую поддерживает, приобняв правой рукой. В ответ Аурелия молча трясёт головой – ей трудно говорить. И дышать. И стоять. Но она пришла в астринг, потому что должна быть рядом с Квадригой.

– Она… она исчезла, мессер.

– Пелерания исчезла, мессер. Смотрите сами.

Они все в синих гоглах – без них в работающий астринг нельзя – и поэтому видят изображение внутри «дальнего глаза». Необычное, невозможное изображение… даже не изображение, а движущиеся картинки, как в синематографе.

– Я навёл астринг на Пелеранию, но не успел прыгнуть. К счастью, не успел. Потому что едва я приготовился, как изображение исчезло. Несколько секунд «дальний глаз» был ослеплён, а затем появилось вот это.

Планеты, сходящие с орбит… планеты, сходящие с ума…

– Как ты это объяснишь?

– В системе Пелерании возникла грандиозная аномалия Пустоты, захватившая и куда-то унёсшая планету. После того как аномалия схлопнулась, созданное ею возмущение привело к хаосу…

– Пелерания исчезла? – переспросил ошеломлённый Помпилио.

– Да, мессер. – Галилей повернул голову к дер Даген Туру. – Нам некуда прыгать.