Тринадцатый XII

— Я искал ответы, не о чем переживать, — улыбнулся я ей, чтобы подбодрить. — И нашёл их.

Кратко рассказал ребятам, как обнаружил символ этого мира.

— Но ты же не можешь вернуться на тот свет, что принадлежит нашему миру и посмотреть? — недоумевал Серёга.

— Физически это невозможно, — ответил я.

— Ничего не понятно. Просто скажи, можешь нас отсюда вытащить или дальше в свитках рыться? У меня уже вся одежда в вековой пыли!

— Смогу. Ждите, — кивнул я.

— Ну ладно. Как раз нам новой еды принесли. И это даже похоже на рыбу.

Одного взгляда на блюдо с огромной запечённой рыбиной длиной в целый метр мне хватило, чтобы понять — я совсем не голоден. Уж больно странный от неё исходил запах, напоминающий маринованные огурцы. А их я терпеть не могу.

Присаживаюсь в позе лотоса на пол в центре библиотеке. Гарн сразу же предлагает мне свой стул, но я отмахиваюсь, и больше он не пристаёт. Закрываю глаза… А теперь предстоит самое сложное — погрузиться в состоянии медитации настолько, чтобы разбудить свои собственные воспоминания.

Мне и в училище это удавалось с трудом. Но зато это помогло вспомнить самого себя, при переносе в это тело с памятью были большие проблемы, я и имени своего не помнил. Глубокие медитации помогали вызвать нужные воспоминания, но я никогда не мог обратиться к какому-то конкретному воспоминанию. Все они были хаотичными.

Первым делом выравниваю дыхание. Когда я только осваивал навыки медитации, это было сложно, но потом привык.

Звуки вокруг становятся приглушёнными. Я уже не слышу разговоров о еде и шуток Макара. Затем отступают эмоции.

Постепенно я погружаюсь всё глубже и глубже в недра собственного разума. Время перестаёт существовать. Теперь есть только я и мои воспоминания, которые один за другим проносятся перед глазами…

Я очнулся в тюрьме… Не то…

Первородный регат сжирает императора… Тоже не то.

Градимир нападает на Диану. Нет. Надо искать раньше.

Спустя десятки воспоминаний, запечатанных в моей памяти, я натыкаюсь на нужное.

Первый раз иду по миру мёртвых. Слушаю знакомый голос. И ноги сами ведут меня в нужном направлении. Они не хотят останавливаться. Ведь невозможно менять свои же воспоминания…

Хотя кто такое сказал?..

Я останавливаюсь. Голоса пропадают. Поднимаю голову наверх и вижу его. Тот самый знак, что обозначает мир, ставший мне новым домом.

Всматриваюсь долгую минуту, опасаясь забыть. Стараюсь запомнить каждую чёрточку. И только потом открываю глаза и встаю.

— Лёха, ну что? Мы уж думали, ты уснул, — шутливо спросил Макар.

— Долго меня не было? — спросил я, понимая что горло пересохло, и потянулся к графину с водой.

— Позволь мне, господин, — вежливо попросил Ганг.

Я протянул ему графин, и он налил воду в стакан из мутного стекла, а затем протянул мне.