Тринадцатый V (СИ)

Хотя зная эту бабку, я не сильно надеялся, что дар ей поможет…

— Так я живой! Правда, немного мёртвый, — рассмеялся Макар.

Шутка помогла развеять обстановку, и старуха собралась с мыслями. Так что пока я следил, чтобы Зубастик не проклинал себя по нелепой случайности, бабушка и внук беседовали, через фразу подкалывая друг друга.

— А ты, кажется, после смерти даже лучше выглядеть стал, — подметила старуха и даже улыбнулась.

Создавалось впечатление, что с каждой минутой разговора она становится всё адекватнее и адекватнее.

— Стараюсь! Ой, а это я тебе ещё шпагу свою не показал. И треуголку!

Призрак похвастался обновками, которые сам же и сделал из моей энергии. И так, постепенно, старуха успокоилась настолько, что у неё морщины на лице начали разглаживаться.

Однако я не спешил расслабляться. А то неизвестно, что творится у неё в голове. В прошлый раз она тоже преобразилась, но это было притворство, чтобы растворить Макара. А в этот… ещё предстоит узнать.

— Ба, ты только больше Лёшу не проклинай, — сказал старухе призрак.

— Ладно, не буду. А так хотелось, — наигранно вздохнула она.

— Не врёшь?

— Какая ложь в мои-то годы? — усмехнулась она.

— С тебя станется. Хлебом не корми, дай проклинать кого-нибудь, — заметил Макар.

— Этот бы талант, да в мирное русло, — прокомментировал я.

— Это какое? — хором спросили бабка и внук.

— Ну как? Специалистов по снятию проклятий даже в столице днём с огнём не сыщешь.

— А, ты об этом, — отмахнулась старуха, словно ей не интересно.

— Зря ты так, ба, — подметил Макар. — В имперской больнице столько людей от проклятий умирает. Столько проклятой энергии зазря пропадает.

— И то верно, — кивнул я. — Мы ведь в столицу часто будем ездить.

— А, переманить меня хотите. Я всё поняла, — осенило бабку.

— Ну ба, какой переманить? Мы, как лучше хотим, — ответил призрак.

— Даже ради тебя свой родной дом не покину.

— Конечно, а то мёртвые обидятся, — иронично ответил я. — Им без вас в могилках слишком спокойно лежится.

Иван Фёдорович же молча наблюдал, но не скрывал интереса. Ему только больших ушей не хватало, как это любил демонстративно показывать Макар.

— Слишком много всего… в один день, — уже серьёзно сказала бабка.

— Ну а как вы хотели? Нечего было на меня проклятья напускать, — ответил я.

— Ты получается, носитель первоисточника… Слышала о таком.

— Да. И я с вами поделился, чтобы вы всех не прибили тут.

— Спасибо.

Я слегка опешил. Не ожидал от неё благодарности.

— Ба, ну, может и правда в Москву переберёшься? — продолжил натиск Макар.

Видимо, условия по снятию проклятий в лучшей имперской больнице и на него оставили неизгладимое впечатление.

— Ой, да отстань. Не хочу я… — ответила бабка,

Она подошла к стене и задула последний голубой огонёк, что остался после её проклятья.