Тринадцатый (СИ)

Либо позвонить куратору, чтобы он передал генералу.

И раз уж я стал случайным свидетелем, то медлить было нельзя. Поэтому набрал Ивана Фёдоровича.

— Алло, — неохотно ответил куратор. — Алексей, у вас что-то строчное? Я как бы занят.

— Да, срочное. Вы можете передать кому следует, что я нашел в туалете первого этажа третьего корпуса труп своего одноклассника?

— Чего? — в шоке протянул Иван Фёдорович.

— Я серьёзно. Решил, что лучше позвонить вам и дождаться здесь кого-нибудь.

Я судорожно лепетал, применяя все свои актерские способности. Чтобы у собеседника сложилось впечатление, что я в полном шоке.

— Ахренеть. Сейчас передам! — ответил куратор и бросил трубку.

А я остался ждать кого-нибудь, кто будет разбираться с этой проблемой. Хотел сразу дать все показания и свалить. Но нет…

В ожидании я смотрел в окно. И вдруг по спине пробежал холодок. Заставил меня обернуться.

Сам труп был не так страшен как то, что с ним происходило. От тела одноклассника отделялись потоки света и сливались в единую полупрозрачную фигуру.

Черт! Сперва мне захотелось бежать со всех ног. Но я быстро взял себя в руки. Призраки же не материалы. Нет. Однако за считанные секунды предо мной предстал совсем необычный призрак. Глаза его сияли безумием.

Он ринулся в мою сторону, и я машинально увернулся."

"Призрак разбил окно и выбрался на улицу.

Какого?!

Сердце начало бешено стучать, ведь минуту назад я увидел, как во двор вышла Дина со своей подругой. Пока больше никого там не было.

Я слышал, что призраки, в редчайших случаях, становятся материальными лишь для одной цели. Ради убийства!

Поэтому, не раздумывая вскочил. И плевать, что изгоняющее заклинание я так и не выучил! Надо сделать хоть что-то!

Времени открывать плотно запечатанное старое окно не было, поэтому я просочился в дыру посреди стекла. И даже не заметил, как острые грани изрезали форму и кожу в некоторых местах.

Спрыгнул на улицу и крикнул девочкам, которые почему-то не замечали приближающейся опасности, что была уже в трех метрах от них:

— Бегите!

И сам ринулся к ним.

Но было уже поздно…"