Тринадцатый IV (СИ)

Но почему до сих не отдал приказ убить малька?

— И вы так просто признаётесь в заговоре? — я повысил голос.

Не ожидал, что со мной станут говорить откровенно.

— Да, Алексей Дмитриевич, сейчас я открою вам великую тайну и ваше истинное предназначение, которое стёрто изо всех легенд. А затем предоставлю вам выбор: хранить её вместе с нами или же умереть. Вместе со своим соратником и питомцем.

Я хотел выслушать, а уже потом судить. Но внезапно моя связь с Зубастиком разорвалась. Малёк зарычал за моей спиной. Я и обернуться не успел, как регат набросился на меня!

Глава 10

Мой питомец повалил меня на пол. Запрыгнул, как дикий зверь, и прижал лапами к полу. Я мог его откинуть, но замешкался… Просто, потому что боялся причинить ему вред. За это и поплатился.

Зубастик вытянул ко мне свой безразмерный рот, что раскрылся лепестком возле моей головы. А я не просто так назвал питомца Зубастиком… Стоит ему сомкнуть лепестки рта на моей голове, как от неё ничего не останется. Это небольшое создание кусалось похлеще акулы."

"Очевидно, что тут моя страховка не сработает. Куда бы не просочились сведения обо мне и Зубастике, у империи достаточно власти, чтобы всё замять. Этого Лев Борисович в своём плане не учёл. И я в очередной раз убедился, что стоит полагаться только на собственные выводы.

— А теперь внимательно слушайте, Алексей Дмитриевич, — продолжил Голицын и подошёл к оцепеневшему Ивану Фёдоровичу.

Это была ментальная атака. Причём очень мощная. Раз маг смог не только подчинить Зубастика, но и обездвижить Ивана Фёдоровича. Да и Дамир Игоревич сидел неподвижно с выпученными глазами. Уверен, что после услышанного, ему хорошенько подчистят память.

Я сглотнул засевший в горле ком. О Голицыных читал, но не нашёл в глобале ни одной фотографии. Словно они, как вампиры, не отображались на снимках. Спорю, что для этого тоже есть специальное заклинание. В магическом мире всё просто объяснить.

Однако всё что происходило сейчас я объяснить не мог…

— Вижу, что у вас много вопросов, юный князь, — с усмешкой продолжил Голицын.

В нескольких сантиметрах от лица застыла раскрытая пасть Зубастика, полная острых, точно иглы, зубов. Я не мог закричать, позвать на помощь, мешали артефакты в стенах. Ещё при входе заметил, как от них исходит лёгкая магия. Да и кто бы мне здесь помог? В коридоре были одни стражники.

Поэтому я приложил все силы на сохранение спокойствия. Когда тебя загоняют в угол — главное — не поддаваться панике.

— Алексей Дмитриевич, как вы знаете, сперва регаты появились на Африканском континенте. Потом начали расползаться по миру.

Я повернул голову к князю Голицыну и ответил такой же усмешкой:

— И вы чудесным образом с ними подружились?

— Нет, у нас нет ни дружбы, ни взаимопонимания.