Тринадцатый IV

Она прижала к себе Булочку, а по щеке покатилась слеза. Девушке пришлось повернуться к стене, чтобы гости не заметили её эмоций. А я начал понимать, что граф специально выбрал такую позицию. Он весь разговор с дочерью вёл к этому ультиматуму. Ведь Мария напрочь отказывалась от помолвки с Воронцовым.

— Маш, а ты где-то учишься? — поинтересовался я.

— Осенью планировала поступать в магическую академию в Москве. Этот год у меня с репетирами, чтобы пройти поступление. Дар у меня настолько слабый, что его считай и нет, — ответила Ларионова.

А я уже плавно прикидывал в голове, во сколько обходится обеспечение Маши. Сумма получалась, мягко говоря, приличная. Но я уже потратил на неё в разы больше. У меня появился доступ ко всем счетам рода. И если вычесть из суммы, которой я могу распоряжаться, допустим цену ещё одной Булочки, то ничего особо не изменится.

Однако моя задача не транжирить, а приумножать богатство рода. Это невероятно важно для следующих поколений, да и для всей семьи в целом.

— Если хочешь дальше учиться, то сделаешь правильный выбор, — подталкивал её отец.

Но Маша молчала. А Булочка в её руках снова запищала. Я решил помочь сделать выбор:

— В моём съёмном доме найдётся свободная комната.

И Маша, и её отец с непониманием посмотрели на меня. Поэтому поспешил объясниться:

— Граф, вы говорите так, словно у Марии нет адекватного выбора. Либо выйти замуж за ненавистного человека, либо убить невинное создание. Ваш главный аргумент — это деньги. Но ведь и друзья у Марии не бедные. Я, конечно, не миллионер, но смогу помочь Марии освоиться вне стен вашего дома.

Я, конечно, приуменьшил, чтобы не создавать лишнее подозрение. На моё счастье граф понятия не имел, сколько стоит Булочка. Вернее, он пока не узнавал. Поэтому у меня была небольшая фора.

— Ах, конечно. Третий вариант — остаться с простолюдином, заработать славу женщины лёгкого поведения и никогда не найти знатного мужа, — усмехнулся граф.

Маша утёрла ладонью слёзы, и к ней вернулась былая уверенность, чтобы серьёзно ответить:

— Я выбираю остаться с Булочкой. И если для этого нужно покинуть твой дом, то без проблем. Сейчас же соберу свои вещи.

— У тебя нет ничего своего. Кроме этой кошки. Даже твоё платье и украшения…

— Украшения — это тоже подарок, — возразила девушка и усмехнулась. — Хорошо, я уйду голой. Такая слава тебе нужна? Я разденусь прямо сейчас, и ты уже не скроешь своих истинных намерений от всех собравшихся.

Отец Марии сморщился, но быстро вернул на лицо дежурную улыбку. Позиции поменялись, и теперь разговор вела Маша. Графу пришлось пойти на поводу у дочери:

— Хорошо. Платье можешь оставить. И даже дождаться конца праздника.

— Нет. И кстати, подарки на столе тоже переназначаются для меня. Лёш, посторожи Булочку.