Тринадцатый III

Малёк умер, оставив после себя лишь выжженное пятно на дороге из щепок и листьев.

Но остальные начали паниковать и бросились врассыпную, оставляя без защиты взрослую раненую особь. И снова я выстрелил. На этот раз маны хватило для еще одной вспышки.

— Лёх, ты че делаешь? — раздался от машины голос Кутузова.

Но я был так поглощён охотой, что не хотел отвечать. Теперь предстояло отстрелять мальков, но не хотелось бегать за ними по лесу. Поэтому я развернулся и вернулся к машине.

Под ошарашенный взгляд Ильи забрался на капот, а оттуда — на крышу. Встал в стойку. И принялся осматривать местность из прицела винтовки.

Вокруг было полно удирающих регатов. И на этот раз монстры сами превратились в жертву. В мою.

Я стрелял по тварям до тех пор, пока не опустел магазин. Попадал с первого раза, в редких случаях из-за хаотичного движения регатов — со второго. запасного магазина с собой не было, поэтому пришлось обратиться к Кутузову:

— Илья, дай свой магазин! В багажнике должны быть ещё патроны.

— А если не будет?

— У тебя всё равно не осталось маны, — надавил я.

И парень отсоединил магазин с патронами от своей винтовки, чтобы передать мне. Я благодарно кивнул и принялся заряжать.

— Где ты так стрелять научился? — спросил он у меня, подходя к багажнику.

Илья постоянно осматривался не в силах избавиться от чувства опасности.

— В тире, — ответил я также, как говорил Ивану Фёдоровичу.

Эта легенда пока была самой достоверной. Не рассказывать же окружающим, что в это тело вселилась чужая душа, которая всю свою прошлую жизнь промышляла убийствами негодяев. Да и было очевидно, что за несколько прошедших стажировок я бы настолько хорошо не отточил навык стрельбы.

— Нашел еще четыре магазина, — огласил Кутузов и сразу подсоединил один к своей винтовке.

Хотя в нынешних реалиях ему бы больше помогло обычное оружие, чем магическое, но без маны.

Я выследил еще три цели. От гнезда убегало много мальков.

Держа цель на прицеле, я находился в своей среде. Был максимально сосредоточен, но при этом не напряжен. Каждый выстрел давался с легкостью, которой могут позавидовать самые опытные снайперы.

Но вскоре из места, где раньше располагался купол, вышел Иван Фёдорович. Я увидел его в прицеле и сразу отвёл оружие. Продолжил выслеживать регатов. И не замечал бы его, если бы куратор не позвал меня:

— Алексей, спускайтесь!

Не опуская винтовки, я ответил:

— Здесь самая удобная позиция.

— Мне нужна ваша помощь.

Его слова вразумили меня. И обычные человеческие чувства отключили режим охотника. Я опустил ствол и спустился.

— Что случилось? — прямо спросил я.

— Татьяну похитили. Она была в группе со мной, — начал он растерянно рассказывать.

Так говорят люди, которые цепляются за последнюю кроху надежды.

— Она жива?

— Не знаю.