Трое из Леса. Первая трилогия

В последний миг Мрак успел парировать удар луком, лезвие со звоном скользнуло по металлической пластинке. Мрак коротко взмахнул рукой, побежал к коням, оставив степняка с ножом в горле.

Таргитай отчаянно отбивался от наседавшего смуглолицего. Тот был быстрый, сильный, в доспехе из буйволиной кожи с нашитыми бронзовыми бляшками. Его узкий меч мелькал как молния, и Таргитай держался только за счет длинных рук и силы, к своему удивлению, выдерживая удары, а меч смуглолицего всякий раз отлетал, как под ударами ветра…

Олег отступал под яростным натиском своего противника. Волхв выставил перед собой суковатую палку, степняк быстро и страшно рубил. Посох укорачивался, улыбка на широком лице степняка ширилась…

Свистнула стрела. Олег отшатнулся, а степняк замер с выпученными глазами. Стрела пробила кадык, острие высунулось с другой стороны.

Олег крикнул отчаянно:

– Тарх, беги!

Таргитай отпрыгнул, спасаясь от смертельного удара, поскользнулся на разбитых черепках. Ударился о край кадушки так, что от боли перехватило дух. На миг над ним мелькнуло торжествующее горбоносое лицо с хищными круглыми, как у совы, глазами.

Таргитай откатился, отбежал на четвереньках. Когда рискнул вскочить, смуглолицый убегал, прыгая в разные стороны. Мрак сыпал проклятиями, натягивал тетиву. Три стрелы просвистели мимо, степняк как-то угадывал, в какой миг человек в волчьей шкуре разожмет пальцы. Четвертая стрела вонзилась в плечо, но степняк добежал до коней, прыгнул с разбегу, низкорослая лошадка сразу ринулась в галоп."

"Мрак поспешно наложил новую стрелу, но горбоносый тут же соскользнул на другую сторону лошади. На миг мелькнули пальцы, вцепившиеся в цветную попону, под брюхом в ременной петле колыхалась подошва сапога из сыромятной кожи.

– Стреляй! – заорал Олег. – Стреляй! Это плохой человек!

– Но я могу убить хорошую лошадь…

– Так убей! Не дай уйти!

Стрела сорвалась с тетивы, с чмоканьем ударила коню в левый бок. Степняк снова появился верхом. В руке у него был нож, которым тыкал в шею лошади, заставляя бежать быстрее. Бритая голова жутко блестела под солнцем.

Мрак наложил стрелу, поколебался, опустил лук. Не достать… Олег подбежал к Степану, побелел, не зная, что делать. Степан исходил кровью, истыканный для забавы стрелами, прибитый с руками крестом к двери его же кузни. Лицо было странное, Олег в ужасе отшатнулся: у Степана были срезаны веки!

– Да, – прошептал Степан, – чтобы я не закрыл глаза… чтобы все видел…

– Степан, потерпи! Я сейчас тебя сниму. Я волхв, умею врачевать!

– Ящер меня поврачует, – прохрипел Степан. – Я мирный… никогда никого… но прошу вас… заклинаю богами – отомстите!

Изо рта потекла струйка крови. Он кашлянул, дернулся на распятых руках и затих, тяжело провиснув.