Трое из Леса. Первая трилогия

Олег с нечеловеческими усилиями переместил край свода с плеча на спину, напрягся, попытался выдрать ноги из каменных ям. Страшная тяжесть давила, небесный свод с каждым мгновением становился тяжелее."

"Сперва казалось, что уже ничего не получится, опоздал, но как-то удалось подняться выше и поднять купол. В ушах стоял грохот, во рту кровь, текла с подбородка. Он услышал свой стон, качнулся, небесный свод словно заскользил в сторону.

Донесся отчаянный крик, мелькнуло черное. Страшный грохот, землю тряхнуло, Олег качнулся и упал лицом вниз. Под ним земля тряслась, как испуганный конь. Олег всхлипывал от облегчения. Даже не думал, что небесный свод на его плечах был таким тяжелым.

– Ты что наделал?

Он с трудом повернул залитое потом и кровью лицо. Перед глазами быстро-быстро переступали, словно исполняли танец, худые ноги в сапогах из мягкой кожи. Аристей то подбегал, то отскакивал, словно его клевала большая ядовитая змея.

– Что-то стряслось? – прохрипел Олег.

Он не узнал своего сиплого голоса.

– Ты… Ты швырнул… швырнул небо!

– У меня ж не черепашья спина…

– Ты нарушил покой небесных богов!

– Еще как нарушил, – прошептал Олег. – Авось кто-то заикой станет… Ты не встречал богов-заик? Теперь будут.

На мизинце чернела полоска. Жгло, словно припалило углем из костра. Олег осторожно лизнул обожженное место. Кожа была красная, а от кольца Древних Волхвов вместе с пеплом остался солоноватый привкус.

Олег дотянулся до кристаллика Первоскорлупы, сжал в кулаке. Он чувствовал неясную печаль от потери кольца. Ничего не успеет изучить, понять…

Аристей опустился рядом на корточки. Он был еще бледнее, лицо заострилось, а глаза были дикими.

– Ты хоть понимаешь, что сделал?

Олег лежал, все так же уткнувшись лицом в неживую землю. Не было сил ни говорить, ни двигаться. Кровь капала со лба, застывала черными бугорками.

– Нет… ну и что?

– Это говоришь ты, волхв?

– Потом поймем, – прошептал он наконец. – Если успеем. Сейчас дикий охотник, что не сидит на месте… нужнее мудреца… И даже мудрее.

– Ты, волхв, – повторил Аристей, – говоришь такое?

– Да, как это ни горько.

Он с невероятными усилиями воздел себя на четвереньки. Руки и ноги дрожали, подкашивались. Аристей не успел подхватить, как лесной волхв рухнул лицом вниз. Но все так же упорно поднялся: страшный, покрытый засыхающей коркой крови, с красными, как огонь, волосами.

– Ты останешься здесь, – сказал Аристей невесело. Голос был печальным. – Магия высосана вся. Ее не осталось. На всем белом свете не осталось.

– Жалеешь?

Аристей пожал плечами.

– Я помню, что до конца света осталось семь дней…

– Три.

– Что? – не понял Аристей.

– Три дня, говорю. Скоро Ящер выведет войска из подземного мира.