Трое из Леса. Первая трилогия

Таргитай рубил так, что опережал свой Меч, впервые кисти рук не выворачивало рывками. Лиска полезла по веревке первой, за ней карабкался Таргитай. На полдороге завис, хотел помочь Мраку – бьется, бедолага, в одиночку, но опять загрохотало, взвилась пыль. Предусмотрительный волхв обрушил последние две плиты: Савиджак едва отпрыгнул, а двое исчезли – чавкнуло и брызнуло из-под глыб.

Мрак еще сражался, когда так дернуло за пояс, что гыкнул и распахнул рот, задохнувшись: рванули в шесть рук, не давая висеть, как пауку, над полом. Савиджак подпрыгнул, Мрак торопливо поджал ноги, звякнул перерубленный в подошве гвоздь.

Олег с распаренным лицом и с голой грудью сказал быстро:

– Ежели не успеем добежать до во-о-о-он той башенки…

Таргитай, который в изнеможении опустился на выщербленные плиты, ахнул:

– Опять?

– Не опять, а снова, – бросил Олег зло. Глаза блестели, как у больного, щеки запали. – До победы рукой подать!

– Какие длинные у тебя руки, – пробормотал Таргитай. Он с ужасом смотрел на дальнюю башенку, куда вел узенький мостик, похожий на паутинку. К тому же мостик раскачивало, хотя дул не ветер, а так себе. – Ты перелетишь или опять дернешь аки заяц? А мы с бедной Лиской?

– Аки заяц? – повторил Мрак. Он остро взглянул на Таргитая. – Это мысль!

Таргитай раскрыл рот спросить, что за умную мысль высказал, узнать бы, чтобы потом хвастаться, но Мрак грянулся оземь, на миг взметнулось мохнатое и бесформенное, на каменном полу остались волчья душегрейка и секира, а громадный волк с концом веревки в зубах частыми прыжками помчался к мостику.

Мостик задрожал. Лиска ахнула, отвернулась, еще и зажмурилась плотно-плотно. Волк несся как стрела, мостик не раскачивался – мелко дрожал. Волка словно несло быстрым ветром над ним, ноги едва касались тонких дощечек.

Достигнув площадки, волк прямо в прыжке обратился в голого человека, мгновенно обвил веревку вокруг выступа. Олег сунул оторопевшему Таргитаю конец, толкнул к нему Лиску:

– Держись! Хоть за уши, но держись!

Таргитай не успел опомниться, как грубо дали пинка. Он судорожно вцепился в веревку, падая в пропасть. Лиска прыгнула ему на спину, обхватила. Полузадушенный Таргитай рухнул в бездну, встречный ветер дунул в лицо с такой силой, что едва не сорвал душегрейку.

Почти не соображал, что с ним и куда несет, а Лиска уже и когти вонзила, но ветер стих, в ухо противно заверещало:

– Брось веревку!.. Брось, дурень!"

"Он расцепил пальцы, упал на камни, сверху обрушилась Лиска – вроде маленькая, но костлявая, как ерш, к тому же ножны Меча больно стукнули по зубам. Таргитай раскрыл глаза и тут же зажмурился: грудью свесился над краем пропасти! Внизу белеют обглоданные кости, черепа, рыжеют заржавленные мечи.