Трое из Леса. Первая трилогия

Олег хлопнул себя ладонью по лбу:

– Во дурень! Теперь понятно… Во дворце изволит пировать каган со знатью, а простые степняки будут зреть Котел отседова. Площадь вместит всех. А не вместит – дальше бескрайняя Степь. Гуляй, робята!

– А если дождь влупит? – спросил Таргитай.

– Крыша во дворце еще цела. А простые киммеры должны переносить и дождь, и ветер, и снег… если снег бывает в этих жарких краях.

– Снег везде бывает, – бросил Мрак. – Не может быть таких стран и земель, чтобы снега не бывало! Но мы тоже простой люд, даже очень простой и бесхитростный. Однако нужно быть во дворце. Каган там.

– Там и Меч, – добавил Таргитай.

Мрак сказал с могильным спокойствием:

– Тарх во дворце будет точно… Он уже и так повадился. Скоро кагана тестем назовет!.. Петь перед ним будет. Вы дрыхли этой ночью, а я слушал ихнее завывание… Такое родное, такое знакомое! Аж сердце екнуло, будто в Лесу очутился. Тебе бы так запеть, Тарх. Упыри бы тебя сразу болотным каганом выбрали!

Таргитай подавленно огляделся по сторонам:

– Чем ближе к кагану, тем страшнее. Сложим головы – ладно, и так чудом уцелели… но если не отплатим?

– Надо, Тарх, – сказал Мрак твердо. – Вспомни полян! Зарину…

Ночью по всей площади горели костры. В доме-конюшне пахло дымом. Кони тревожно ржали, бились в стойлах. Таргитай во сне бежал через огонь, мимо мчались на конях враги, свистели в ночном воздухе зажженные стрелы…

Он проснулся, но в ушах еще звенели крики. Донеслась заунывная песня, распеваемая сотнями голосов. Рядом зашуршало сено, сонный голос произнес:

– Завыли… Видать, у них и жизнь как песня.

Таргитай через оконный проем увидел в небе огонек. Свет горел в единственном окошке черной башни. Медленно отворилась дверь, на узенькой площадке появилась сгорбленная фигура в остроконечном колпаке. В ярком свете луны Таргитай рассмотрел странную трубу, похожую на черенок лопаты. Мардух безучастно посмотрел на запруженную людьми и скотом площадь, затем поднес трубу к глазу и стал смотреть на звездное небо. Он смотрел так долго, что Таргитай устал наблюдать за ним, отвернулся и заснул.

С рассветом обнаружили на площади толпу пленных. Грязные, оборванные, они спали прямо на каменных плитах. Все были скованы одной железной цепью. Стражи дремали у костра. Таргитай слышал, как один из охранников предложил было покормить пригнанных, другой лениво возразил, что свирепой Табити что худые, что толстые.

Страж подумал, ответил, что тощую свинью есть не так сладко, а Табити все же не свинья – богиня. На толстых больше жиру, горят с треском! Другой возразил, что ежели тот берется откормить жертвы до начала праздника, то он сам принесет им еду. Первый сразу замолчал.

– Значит, сегодня или завтра, – предположил Олег.

– Тебе виднее, – ответил Мрак хмуро.