Командир. Трилогия

По примеру своего флагмана остальные испанские суда совершили оверштаг и, добавив парусов и идя в крутом бейдевинде, стали удалятся от Порт-Росса. К этому времени пушки фортов добили поврежденные авангардные каракки. Одна из них просто затонул, когда ей ядрами проломили борта. Вторая взорвался. Видно какое-то зажигательное ядро, или бомба, или граната, попало в пороховой бочонок на орудийной палубе. Так как сперва был один не большой взрыв, после него минут через три-пять последовала череда из трех взрывов, и еще через четыре-шесть минут последовал завершающий мощный взрыв, который и разорвал корабль. Последним из авангардных судов добили самую большую в армаде каракку. От сдвоенного взрыва, двухпудовые бомбы упали на палубу почти посередине и на расстоянии метра друг от друга, около левого борта, каракка практически лишилась обшивки борта. Взрывами вырвало борта и шпангоуты на расстоянии в два метра от центров взрывов. В образовавшуюся дырищу тут же ворвалась вода, судно легло на поврежденный борт и через пять минут на поверхности моря плавали только обломки и мусор, бывшие когда-то грозным боевым кораблем. На отходящих испанских судах видели судьбу постигшую их товарищей на оставленных кораблях авангарда, но ни чем помочь им они не могли, кроме проклятий сыпавшихся на головы грязных пиратов и еретиков, посмевших поднять руку на флот Их Католического Величества и погубить его подданных."

"Пока испанская эскадра пыталась прорваться в Порт-Росс по морю, испанские солдаты, высаженные на Тортугу в качестве десанта, пытались сделать тоже самое, только на суше, безрезультатно штурмуя городские стены. Все попытки испанцев, подойдя к стенам и приставив к ним лестницы взобраться на стены, предварительно выбив ядрами пушек ворота и попытавшись обвалить стены. И если первое им, хоть не сразу, но удалось, то пробить бреши в городских стенах построенных по бастионной схеме, только укрепляли их телами застрявших в них ядер и утрамбованного ими по пути грунта. Атаки закованной в кирасы испанской пехоты, осаждаемые срывали франкирующим огнем орудий башен-бастионов, которые своей картечью буквально сносили лестницы и штурмующих, при этом внося опустошения в их ряды. В прямом смысле снося колонны атакующий, нацеленных на пустые зевы надвратных башен. Потеряв в течение дня при пяти неудачных штурмах не менее восьми сотен солдат, испанский офицер, командующий десантом, решил отойти от стен для отдыха. И, не смотря на ужасающие потери, которые давно бы сломили дух любой европейской армии, но не испанской, перенес штурм на завтра. Надеясь, что его товарищи ворвутся в город с моря.