Командир. Трилогия

Кстати через месяц должны прибыть полтора десятка комплектов радио. Пяток из них более мощных, с увеличенной дальностью связи, наподобие их мы установили на верфи и других городах России. Плюс тройка дополнительных телефонных коммутаторов, с телефонными аппаратами и проводами, как заказывали. Да и по электросврки, сам наверное обратил внимание. Смогли изготовить и запустить в мелкосерийное производства пару видов электродов. Которые в большинстве, 80% потребляет эта верфь. Сварных наши ребята не плохих подготовили, сам не ожидал, что местные так варить будут. Вот тебе и средневековые русские варвары.

-Телефоны и рации это хорошо. Электроды и хорошие сварщики то же отлично. А вот чума у нас в поселениях плохо, очень плохо. Что у нас из антибиотиков осталось, не знаешь при случае?

-Слезы Меч остались. Да и у тех скоро срок годности истечет. Но по этому направлению у нас не плохо. Ивакина Ольга пенициллин выделила и по весне добилась необходимой очистки. К нему чуток и с стрептомицина приготовила. Правда пока вырабатываем в небольшом количестве и полностью испытаний они не прошели. Но Яна Митиенко, оставленная Пироговым у нас за старшую по медицине, прямо в радио сообщила, что они могут применить стрептомицин в этой деревни и без полноценных испытаний. Он как раз против чумой бактерии и действует, а вот пенициллин не действует на эту заразу. Заодно и испытания проведут.

-Будут еще какие новости по эпидемии сообщал."

"Новости естественно были. Еще не успели они закончить разговор как прибывший курьер радиста, принес новую радиограмму, в которой сообщались новые подробности вспышки чумы в деревни Степняки вотчины боярина Подопригора. После отбития наскока ногаев, при осмотре трупов, на одном из них увидели признаки возможного заболевания чумой. Деревенский староста Архип, исполняя инструкцию, распорядился железными крюками стащить трупы в одно место, туда же сбросить все их седла с потниками и седельными вьюками и сжечь, ни чего не беря с трупов в качестве трофеев. Даже места лежания трупов и их волочения, облили керосином и подожгли. Но вмешался человеческий фактор в виде людской жадности. По словам единственно оставшейся в живых из семьи переселенцев с киевщины Охрима средней дочери, тату принес снятый с татарина хороший кожух. Все-таки староста не досмотрел, да и соседи проявили беспечность, которая теперь вышла всем нехорошим боком, угрожая жизням их самих и их семьям. Деревенский санитар, пришедший по вызову, средней дочери, в дом Охрима, сразу опознал признаки черной болезни и сообщил, посредством записки, об обнаружении им в деревни признаков моровой язвы, о чем следовало незамедлительно сообщить их боярину.