Командир. Трилогия

Стоя у борта, Батов всей грудью вдыхал свежий, упругий воздух с характерными запахами морской травы и рыбы, которого ему, если честно, то очень не хватало в их степной краю. На палубе, приставшая к экспедиции артель поморов, сидела кружком, вокруг своего старшего и что-то обсуждали, перебирая какое-то их имущество, разложенное по палубе между ними. Про что был разговор, капитан морпехов не прислушивался. Но вот он заметил, что невдалеке, с правого борта, показалась пенистая белая полоса. Она то пропадала, то появлялась вновь: у самой поверхности быстро плыло громадное черное тело.

-Клим! - позвал Владимир. - Посмотри-ка на море! Кабыть зверь большой у борта гуляет.

Шарапов и другие поморы оглянулись в ту сторону, куда указывал боярин.

- Да ведь это акула, ребята! Вот бы словить! Сходи, Клим Прокопыч, к кормщику, проси, чтоб дозволил,-- раздался чей-то голос молодой голос.

Старый Клим не куда не пошел, объяснив это просто: - Не согласиться кормщик судно останавливать, или ход сбавлять, а на таком ходу ни какой рыбалки не будет. А так. Эх я бы эту черненькую приласкал.

-Да как ты её бы выловил? - спросил скорее от скуки, чем из любопытства Батов.

-Эх боярин. Да просто. Достал бы из трюма бочонок, продырявил бы его в нескольких местах, и привязал к нему с одной стороны толстую веревку саженей в пятьдесят, а с другой тяжелое грузило. Наполнил бы бочонок ворванью и кусками протухшего нерпичьего жира.

- Видимо поморы знают, пахучий жир - самое лакомое блюдо для акулы. -подумал Владимир.

А опытный корщик продолжал: - Остановился бы, если глубина позволить, то и якорь бы сбросил. Имеется у нас на судне длинная железная цепь, я видел. Вот к ней и прикрепил бы на конце заостренный крюк. Вот он посмотри боярин.

С этими словами Клим протянул Владимиру крючок для акулы, поданный ему кем-то из его артели. Акулий крючок был похож на согнутую булавку, если только представить себе булавку, из толстого, отличного железа, длиной этак фута в два. Осмотрев крючок, морпех вернул его старому рыбаку, а тот не глядя передал его себе за спину. И начал повествовать далее:- К свободному концу цепи привяжу крепкую смоленую веревку, намотанную на деревянную вьюшку. На крючок насажу приманку - пудовый кусок мяса, лучше всего нерпичьего. Но можно и рыбу большую. Привяжу и выброшу за борт бочонок. Из бочонка, расплывутся по воде, потянутся струи жира, у нас его лайва называют. Лайва потекла, теперь акула к нам враз пожалует. Потом налажу удилище. Какую нибудь крепкую жердь возьму. Тонкий конец жерди выдвину наружу, а комель крепко на крепко привяжу к бортовому брусу. Потом брошу крючок с наживой в море и, изрядно потравив веревку, накину петлю на конец жерди, где и закрепляю надежно. Вот боярин тебя и снасть.