Командир. Трилогия

Задержаться тоже. И кормить полон чем-то надо, да и Астраханский воевода, если узнает о наличие на подвластной ему территории разбойного отряда, не будет смотреть сквозь пальцы. Мигом, огнем и мечом, 'попросит дорогих гостей' покинут землю Московского царства. Гнать назад, так опять корми, да и идти придется мимо 'братьев горцев', тут в одну сторону сумели пройти с трудом, а назад с ясырем, сам в рабскую колону быстро угодишь или к предкам уйдем. Перерезать ясырь и уйти назад налегке. То же не выход. И потеря в монетах огромная. Да и утаить это убийство не выйдет. Свои же из банды растрепят, какие они грозные и безжалостные, за ради 'чести' от золота отказались. А это чревата 'секир башка' для главарей от своих же коллег-разбойных атаманов. Будущие рабы узнают о том, что их все равно убьют и начнут активно сопротивляться захвату. И так приходится немного попотеть, что-бы прихватить зазевавшегося человечка, а тут за свою жизнь он будет стоять до конца. Ранее была надежда, что и в рабстве люди живут, а тут и её не будет. Да и свои же из банды, когда до них дойдет весь геморрой от их 'геройства' и столкнувшись с сопротивлением и потерями среди своих, потихоньку прирежут таких дурных предводителей, что-бы другим неповадно было. Вот и пришлось соглашаться. И так свыше тысячи трехсот золотых кругляшек повезут к себе в горы, а это очень не плохие деньги.

Больше недоразумений между продавцами и покупателями не было и за два с половиной часа с формальностями медосмотра и передачи денег было покончено. Хотя стволы с бортов не убирали, а причалившие стрельцы князя Юрия, оставив сотню в лодиях, сотней прикрыли палатку медиков.

Вот так и прикупили уральцы еще триста одну горянку и сто двенадцать горцев. Как не странно, сито медосмотра прошли все прибывшие в караване невольники. Которых в этот же день и доставили в Астраханский порт и погрузили на шхуны. Пришлось и дополнительно потратиться, выдав каждому стрельце, участвовавшему в торге по две серебренных тенги, а их командирам от трех десятникам, до десяти сотникам. Больше дел у уральцев в Астрахани не было и с утра следующего дня шхуны вышли в Петроград."

"Прогноз попаданцев по засухи оправдался полностью, к сентябрю поголовье скота у ногаев уменьшилось на половину, что погибли от бескормицы, что самим пришлось съесть, но большую часть пришлось по дешевке продать уральцам, которые хоть так же пострадали от засухи но в меньшей мере. Свой и закупленный скот в основном перегнали в предгорья, потеснив там башкир, которые после зимнего урока, преподанного 'витязями' двум их племенам, даже не посмели и пикнуть. По неудобьям 'насшибали' где в ручную, а где смогли протащит и использовать косилки, то ими, сена.