Истребители. Трилогия

Актовый зал в этом Центре по моим прикидкам мог вместить в себя не меньше двухсот человек. Было около ста пятидесяти. Невысокая сцена с трибуной посередине. На стойке трибуны закреплен микрофон, графин с водой и стакан тоже присутствовали. Рядом стояло кресло с еще одним микрофоном. Видимо его приготовили для меня. Рядом на стуле стоял такой же графин с водой.

Вместе с генералом мы вышли на сцену, где Иволгин представил меня собравшимся летчикам. Не думаю, что это было нужно, просто так положено.

– Товарищи командиры. Сегодня у нас с Вами проходит встреча с дважды Героем Советского союза, капитаном Суворовым, летчиком истребителем Н-ского авиаполка Западного фронта. Который в боях с июня по настоящее время сбил сорок четыре самолетов противника лично и пять в группе. Тема занятия: теория по воздушному бою в группе и в одиночку. Также общая лекция по сопровождению бомбардировочной и штурмовой авиации. Прошу Вас товарищ капитан, Вам слово.

Расстегнув пиджак – пальто я оставил в гардеробе когда вошел в здание – я сел в кресло проводив взглядом генерала спускавшегося в общий зал. Меня немного озадачило поведение Иволгина. Почему он делал все сам? У него много подчиненных, приказал и все представления и встречи организовал какой-нибудь полковник или замполит, который это кстати по должности обязан делать. А тут сам. Почему? Надо будет у Архипова поинтересоваться. С удобством устроившись в кресле, спокойно сказал в микрофон:

– Добрый день товарищи. Вы знаете кто я. Но представлюсь еще раз. Капитан Суворов. Вячеслав Александрович… Спасибо. Собрались мы здесь, чтобы поговорить об авиации… Я понимаю чувства некоторых командиров, в основном майоров и выше. Мол, молодой… сопляк… посшибал сколько-то там, а сейчас строит из себя… Тихо пожалуйста, я не закончил, – попросил я возмутившийся зал.

Мне понравилось, как отреагировали молодые летчики. В первых рядах сидели убеленными сединами ветераны. Многочисленные ордена на их кителях показывали, что тут собрались не «труженики тыла», а настоящие боевые летчики.

– Так вот. Я полностью согласен с этим мнением. Если посмотреть со стороны так и выходит, но есть одно но. Все мои бои были не удачей, как бытует мнение у некоторых командиров. Я признаю, до того как я первый раз сел в кабину истребителя двадцать девятого июня, все мои знания были теорией. Да! Это правда, я теоретик. Сейчас практик, это так, но раньше у меня не было боевого опыта абсолютно. То есть я знал, что и как делать, но не умел. Кроме небольшого налета, практики у меня не было. Я учился на ходу, учился воевать испытывая все что знаю.

На мнение некоторых командиров я ответил, теперь приступим к тому, почему мы тут собрались. А именно, поговорить о теории и стратегии воздушного боя.