Истребители. Трилогия

Да и Никитин, частенько с кружкой чая пользовался ею, обсуждая что-нибудь с другими командирами. В общем, идея с ними была хорошая.

– Товарищ подполковник. Вас вызывает к телефону командующий армией, генерал-лейтенант Ефремов, – отвлек их от разговоров дежурный.

– Иду, – встал Запашный. Никитин, а вместе с ним и остальные, включая генерала, поспешили за ним. Всем было интересно, зачем вызывает командира простого бомбардировочного полка командующий армией.

– Товарищ генерал-лейтенант, подполковник Запашный у телефона.

– Запашный? Это твой одиночный самолет сопровождал два десятка бомбардировщиков?

– Сопровождал?.. Да это мой летчик, товарищ генерал-лейтенант, лейтенант Суворов.

– Суворов? Тот самый? Жди своего героя. Представляешь этот парень, когда их догнали десять немцев, храбро бросился в атаку и сбил СЕМЬ, ты представляешь подполковник? СЕМЬ немецких истребителей! Остальным таких «пинков» отвешал, что они наверное до Берлина улепетывали в испуге. Так что жди, он к вам полетел. Молодец, что воспитал такого летчика, эх, нам бы их побольше.

– Спасибо, товарищ генерал-лейтенант. Будем ждать…

Договорив с командующим, комполка отдал трубку дежурному, и повернулся. Связь с генералом была просто изумительно, без привычных потрескиваний и шорохов, да и мембрана динамика в трубке звучала громко, так что все присутствующие хорошо слышали все, что сказал генерал Ефремов.

Почти немедленно все стали обговаривать только что услышанную новость, при этом бурно жестикулируя.

– Что по общему динамику слышно? – тихо спросил у дежурного Запашный.

– Далеко, товарищ подполковник. Мы не слышим их.

– Черт! Ладно, будем ждать. На всякий случай предупредите медиков, чтобы были наготове.

Переговариваясь, они вернулись в беседку, которая находилась в ста метрах от опушки, продолжая обсуждать услышанное. Семь сбитых в одном бою, такого еще не было ни у нас, ни у немцев. Но теперь есть, причем на глазах большого количества бойцов и командиров, которые увидели этот бой, включая и штаб армии с командующим во главе.

Послышался рев моторов. Вернулись бомбардировщики. Прилетевшие командиры, смотрели на небо, Суворова все не было.

Подошедший от своего самолета Тарасов, вытер мокрый лоб, и ответил на молчаливый вопрос:

– Там он остался, мы связь с ним почти сразу потерли, но как падал один из сбитых, видели, дальше уже ушли слишком далеко. Он мне успел сообщить, что это на него охота идет.

Никитин сжато рассказал о звонке Ефремова.

– Вернется. Суворов всегда возвращается, – уверенно сказал Тарасов, и вместе с остальными подошедшими летчиками направился в штаб. Нужно было писать рапорт о вылете.

Командиры снова вернулись в беседку, изредка прислушиваясь не слышно ли мотора одинокого ЛаГГа. Но было тихо.