Истребители. Трилогия

Как ребята?

– Насколько я знаю, вышли все, только один был ранен при прорыве красноармеец…

– …Камов?

– Точно, Камов, – ответил особист, удивленно глянув на меня.

– Почему-то это меня не удивляет, – вздохнул я.

– Через полчаса у тебя встреча с двумя корреспондентами расскажешь про свой вылет. Командование решило осветить этот вылет, все-таки не часто сбивают такие фигуры, которые потом еще попадают в плен.

– Про дерево тоже? – спросил я с кривой улыбкой.

– А вот про это не надо, не будем портить репутацию знаменитого аса, которого простые бабы на дерево загнали.

– А что мне было делать? Не отстреливаться же? Если бы я не убежал меня бы там на куски порвали… те еще бой бабы.

– Да нет, ты все правильно сделал, но репутацию все-таки надо соблюдать и защищать.

– Понятно. Товарищ политрук, я вот о чем подумал, а почему немцы так точно отбомбились?

– Сообразил все-таки. Попадание в землянку группы, случайность. Трагическая, но случайность. Они всю опушку бомбили, а вот то что они знали где находятся жилые землянки… Заметь, что не на стоянке самолетов не на хозчасти ни одной бомбы не упало, сыпали только в жилые места.

– Навели? Авианаводчик?

– Более чем уверен. Сейчас пополнение в обоих полках проверяем, к нам за последние дни более сорока человек прибыло. Будь осторожен, возможно физическое нападение. Все-таки ты не только взбесил Люфтваффе, но и щелкнул по носу немецких диверсантов.

– Хорошо, я понял… Товарищ политрук, а можно сказать Никитину что я в порядке и можно меня не загружать работой. Я трезвомыслящий человек и вчерашнее было вызвано спиртным на голодный желудок. Парни погибли, но нужно жить дальше. Я всегда буду помнить их, но это не значит что в ущерб службе.

– Хорошо, я поговорю. Можешь идти.

Видимо Никифоров действительно поговорил с комполка, и меня больше не нагружали работой, жизнь стала прежней, только без полетов мой «ястребок» еще не был готов. Вернулись к урокам, концертам. Концерт на следующий день после гибели парней, заметно изменился. Репертуар сменился, теперь я пел и военные песни. Несмотря на то что некоторые были о потерях, имели они огромный успех. Такие как «Дороги», «Тишина», «Бомбардировщики», «Комбат», «Я ЛаГГ – истребитель», «Песня летчика», «Черные бушлаты», «Мы вращаем землю» мне приходилось петь дважды, некоторые трижды, по просьбе слушателей. Мне часто приходилось исполнять еще в своем время у костра с поисковиками. Ночь, луна, костер и льется песня под гитарный перебор, это было круто, так что я много знал песен тех времен, очень много, всегда старался удивить товарищей старой или дано забытой мелодей.

На следующий день, первого августа, когда я вместе с Семенычем возился с мотором ЛаГГа, ко мне подбежал помдеж, и велел идти в штаб.