Истребители. Трилогия

Из него все видно, и площадь, и мастерскую.

– А вещи? – кивнул я на сложенные аккуратно вещи.

– Так мы и отнесем, кто что поймет? – подумав, сказал Валерка.

– Это вроде как с рыбалки идете?

– Ну да. В котелок рыбу, сидор на плечо, а плащ-палатку свернем. На нас никто и внимание не обратит, тут многие так ходят, – с жаром стал доказывать Валера.

– Ну если только не поймают. Вот что. Вы сперва вещи отнесите, обстановку разведайте, а я подожду. Потом и двинем.

Все получилось так, как мы и планировали. Просчитались только с одним. Был вечер, дневной зной спал, и жители вышли в огороды."

"В общем, меня два раза полили, и чуть не пропололи мотыгой, бабка подслеповатая попалась. Когда я добрался до амбара, мокрый и злой, меня там уже ждали мальчишки, причем все трое, причем тихонько ухохатывающиеся в кулачки или ладони. Мои перекаты и прыжки по огородам они видели хорошо, думаю впечатлений мальчишки набрались на всю жизнь.

– Да-а, на полосе препятствия хуже было, – рухнул я на прошлогоднюю солому.

– Комендант, – сразу тихо сказал Андрей.

Амбар действительно был весь дырявый и просматриваемый насквозь, так что приходилось перемещаться по нему по-пластунски.

Подобравшись к Андрейке я сдвинул шлемофон на затылок и с интересом посмотрел наружу.

– Который из трех? – спросил я.

У входа стояла легковой полевой Опель, и три офицера рядом с ним.

– Тот который худой самый и высокий, – ответил лежавший справа Валера.

– Ага, а остальные?

– Тот, второй который с животом это из роты, мы не знаем кто это. А третий у нас часто появляется, он с кухней ездит.

С третьем было интересно, до офицеров было метров двести, но то что он скорее всего принадлежит к Люфтваффе понял. Очень интересно.

– С кухней говоришь?

– Да он на мотоцикле приезжал, и пару раз они вместе приезжали, он на мотоцикле и кухня за ним.

Очень интересно. Догадаться, что часть куда ездит кухня принадлежит к ВВС было не трудно, но что это? Аэродром подскока? Судя по привозной кухне вполне может быть. Но кухня? Судя по виду, она была обычной на деревянных колесах, человек на восемьдесят-сто.

План уже стал проявляться у меня в мыслях как из мастерской, которую охранял одинокий часовой, вывели одного из наших, и отвели внутрь здания комендатуры.

– На допрос повели. Кстати заметили, где конвойные ключ брали?

– Нет.

– А я видел. Висит у двери он. Какая беспечность. Видимо часовой охраняет не только пленных, но и ключ.

– Товарищ лейтенант, а как вы их освобождать будете?

– Завтра узнаете. А сейчас руки в ноги и домой, родители обыскались уже наверное.

– Ну, товарищ лейтенант…

– Никаких ну. Вы своих родителей любите?

– Любим, – кивнули пацаны.

– А теперь представьте, что с ними и с вами сделают немцы, если узнают что вы мне помогали.

– Что сделают?..