Истребители. Трилогия

Нажав на кнопку выпуска шасси и рычаг открытия закрылок, я сильно замедлил скорость. Не ожидавший этого немец пролетел на скорости мимо. Нос я уже поднял в ту сторону, где он должен был пронестись мимо и нажал на гашетки.

Дав короткую очередь, пулеметы замолчали, закончился боеприпас, но немцу хватило и этого. Клюнув носом, он понесся вниз и врезался в землю. Судя по тому, что он не дымил, я убил пилота. А вот четвертый, которого я преследовал, не останавливаясь скрылся на большой скорости. Убрав закрылки и шасси, я с разворотом пошел к своим подопечным, под их крылышко. С отсутствием боезапаса, теперь они меня должны были защищать, а не я их.

– «Сокол-2», я «Малой». Работу закончил, иду к вам.

– «Малой», вас понял встречаем, – услышал я ответ радиста комиссара.

Пока я гонял мессеров, или они меня, бомбовозы уже разгрузились, и повернули обратно, когда мы повстречались.

«Ого, как немцы близко! Не ожидал, быстро они двигаются!» – подумал я посмотрев на дымы оставшиеся на месте бомбардировки. Вдруг среди дымов вспух огненный клубок, выбросив в небо не маленький столб огня и дыма.

«Машина с боезапасом рванула, а то и не одна!»

Пристроившись рядом с бомбардировщиками, я снизил скорость, уровняв ее с их ней, так и дошел до аэродрома, благо больше мы не с кем за это время не встретились.

– Как аппарат? – спросил Семеныч, как только я заглушил мотор.

– Мировой, – показав большой палец, ответил я устало. Подчиненные Семеныча быстро вкатили самолет в капонир в месте со мной, и стали его маскировать срубленными ветками.

– Боезапаса нет. Все отстрелял, до железки, – сказал сержант Оленев, наш оружейник.

– С немцами встретились? – спросил тревожно Семеныч, помогая мне выбраться из кабины. У меня честное слово сил на это не было.

– Ага. Четыре охотника. Заходили на наших со стороны солнца. Ну я на них сверху и…

– Сколько сбили? – спросил механик.

Я в это время уже спустился на землю, меня заметно шатало, поэтому оперся о крыло.

– Троих. Только я тебя прошу Виктор Семенович. Нарисуйте только две звезды, не надо мне тринадцать.

– Нарисуем. Главное чтобы засчитали, а то знаете ли…

– Да знаю… смотри двадцать минут с момента боя прошло, а меня все равно еще бьет.

– Это нервное перенапряжение, бывает.

– Бывает… Ох, и погоняли они меня там, ох погоняли… Ладно, я в штаб, мне еще рапорт писать. Напишу и купаться, вода всю усталость снимает. Посмотрите есть ли пробоины, а то мне кажется были удары по корпусу.

– Посмотрим, товарищ командир, – успокоил меня старшина. Развернувшись, я направился к штабной землянке, где уже собирались летчики после вылета.

Рапорт у меня приняли без особого удивления. Оказалось, комиссар уже рассказал о сбитых, правда он видел только двух, но и это хлеб.