Пес войны. Трилогия.

– Это верно, – задумчиво усмехнулась Кара, – но я не могу позволить дерзить мне этой сопливой девчонке.

– Не обращай на неё внимания. Похоже, девчонка влюбилась в чужеземца и готова броситься в драку, – усмехнулась в ответ женщина.

– А ведь и то верно. Чтото я об этом не подумала. Что скажешь, малявка? – повернулась Кара к девушке, возвышавшейся над старухой почти на полторы головы.

Смущённо охнув, Сала залилась румянцем и, опустив голову, потупила взгляд.

– Точно, влюбилась, – удовлетворённо кивнув, усмехнулась Кара. – Ладно, – продолжила она после короткого молчания. – Раз такое дело, поедешь с нами. Но помни, будешь сидеть в фургоне и не высовываться. Иначе нам придётся выжечь твою память, – сурово ответила Кара.

– Как скажешь, старейшая, – тихо ответила Сала, разом растеряв всю свою дерзость.

Кивнув в ответ, старейшая сделала подругам знак загружаться в фургон. Сала бросила на стоявшего возле фургона Араба быстрый взгляд и залилась румянцем ещё сильнее. У удивлённого Араба сложилось впечатление, что ещё немного, и девушка просто загорится. После короткого раздумья он решил не затрагивать эту тему. Ему и так хватало проблем с парнями, чтобы ещё вешать себе на шею влюблённую девчонку. Оставаться в племени навсегда он не собирался, а бросать женщину с ребёнком ему всегда претило. Кроме того, по возрасту Сала вполне годилась ему в дочери. Быстро прокрутив это всё в голове, он сделал вид, что ничего не слышал, и принялся помогать помнящим забираться в фургон. Малыш Люк смотрел на это действо полными слёз глазами, стоя неподалёку от фургона. Плюнув на все правила секретности и скрытности, Араб махнул ему рукой, делая знак забираться на своё место. В конце концов, в этом походе он и сам был исключением. Сверкнув белозубой улыбкой на своей загорелой дочерна рожице, мальчишка мухой взлетел на своё место и, не дожидаясь команды, послал боскам приказ двигаться. Лёгкий фургон качнулся и бодро покатил в сторону от стоянки, быстро углубляясь в лес. Как оказалось, дорогу к храму знали все жители племени. Секретом было само расположение храма. Все, кто когдалибо пригонял фургоны к храму, останавливались у маленького озера. Дальше шли только посвящённые.

Заметившие его своевольство, помнящие быстро переглянулись и уставились на Араба с недовольными выражениями лиц. Сделав вид, что ничего не произошло, он прошёл к своему месту и, усевшись на шкуры, принялся демонстративно набивать трубку. Сообразив, что взглядами и кислыми минами на него не повлияешь, они дружно перевели взгляды на Кару. Помолчав, та подняла глаза и, тяжело вздохнув, проворчала:

– Я же сказала: только мы и хозяйка твоего фургона.

– Она хозяйка фургона, а он хозяин босков, – пожал плечами Араб.