Ааргх. Трилогия

— Я продолжу путь! — кричал Эландер, пытаясь выскользнуть из заботливой пасти Сун. — Вы не смеете меня отстранять! Это мой священный долг перед лицом предков! Пусть наши дети запомнят меня героем, а не…

— Какие еще «наши дети»? — охлаждая его праведный пыл, отыгрался мой злопамятный хозяин. — В тыл, к санитарам, пока вездесущие летописцы не записали тебя в балладах как «инвалида с деревянной ногой»! Малыш, свистни сюда одного гнома.

— А без разницы, кого не жалко…

Я позвал Турома. В принципе они у нас равноценные, предпочтений нет, тут уж кто первым на язык подвернулся. Бородачи обнялись, прощаясь навек, и Туром, поправляя шлем, быстро протолкался сквозь эльфятник к хвосту Сун. Она передала нам едва не плачущего Эландера и, так же аккуратно взяв поперек туловища гнома, поставила его во главе отряда. Нашего хромоногого обступили сострадательные эльфята, дружно жалея его всей толпой. Однако когда мы тронулись и он смешно заковылял в их рядах, те же малыши так же дружно его обхихикали. Дети, что с них возьмешь…

— Продолжаем поход! — скомандовал Эшли.

Мы продолжили и через десять шагов потеряли Турома. Хвала всем богам, не полностью и, быть может, не навсегда. Бравый гном превратился в мерзкую жабу. Это оказалось безумно просто: оранжевая вспышка, хлопок — и на песке сидит пучеглазое земноводное с коричнево-зеленой кожей, в бородавках и (мама!) с гномьей бородой!

И взрослые быстренько обыграли все произошедшее, как забавную шутку, но кое-кто из эльфят уже не верил, что у нас все хорошо, беззаботно и весело. Эйвин уж точно не купилась, она смотрела на меня самым укоризненным взглядом, словно в превращении Турома была моя личная вина. Ну где-то… отчасти… это же я его вызвал… Хотя в таком случае Эшли больше виноват, а я лишь выполнял приказ.

— Давай второго гнома, — с нездоровым спортивным азартом пихнул меня в бок племянник главнокомандующего. — Кажется, я вхожу во вкус игры! Как только и этого превратят, мы снова запустим Эландера, он все равно теперь бракованный. А потом…

— Повторить? — набычился я.

Эшли опомнился и даже чуточку покраснел, стыд иногда не чужд даже отпетым аристократам. Он молча пожал мне руку, пролез под брюхом Сун, забрал изумленно хлопающую глазами жабу и передал ее с рук на руки эльфу с деревянной ногой, как товарищу по несчастью.

— Следующим пойду я.

— Нет, ты командир отряда и несешь ответственность за всех.

— Именно поэтому я и пойду!

— С ааргхом не надо, не спорь, — тихо вмешался Нетуром. — Мне час идти настал на гибель верную. Только б не аистом, только б не аистом, только б не аис…

Я не сразу догадался, что это он из-за своего родственника так переживает. Гномы очень тесно связаны в своих кланах, поэтому братоубийство у них считается непрощаемым преступлением.