Ааргх. Трилогия

Фигура опрокинулась навзничь с тремя стрелами в области сердца. Эландер и три старца горделиво переглянулись, но этот хмырь в черном уверенно встал, повыдергав стрелы, которые вспыхнули у него в руках сиреневым пламенем…

— Нападаем все, одновременно, со всех сторон! — прокричал Эшли, выхватывая рапиру.

— Бейруби-рубибей! — поддержали всегда готовые подраться гномы.

Я тоже гркнул для острастки, но где-то в глубине души уже знал: не драться надо, а бежать, пока не поздно. Хотя, с другой стороны, бежать без драки как-то не очень уважительно по отношению к противнику. Я выхватил свой тяжелый меч и ринулся в общую месиловку, успев попросить Сун:

— Не вмешивайся, пожалуйста. Если что, уводи детей тем же тоннелем, что мы шли…

А потом была яростная и неравная рубка. Неравная в плане того, что один Жрец Зла, как правило, справлялся с небольшим, но хорошо обученным войском в две-три сотни конных копейщиков. Не знаю, где они проходят обучение, но человек, получивший черную мантию, способен целый день биться в рукопашной, да еще и легко применять все методы магических или гипнотических приемов в бою.

Боли они не ощущают, раны заживляют одним коротким выдохом сквозь зубы, убить их обычным оружием почти невозможно, а зачарованным клинком не мог похвастаться никто из нашего маленького отряда. Если бы этот гад сражался с простыми людьми, их участь была бы предрешена, но мы-то в массе своей были не люди. Нас тоже убить непросто…

Жрец дрался молча. Наши мечи и топоры он отбивал руками и ногами по касательной, ни разу не коснувшись лезвия. Одновременно он шипел, как дикая кошка, и разбрасывал во все стороны сияющие шарики энергий — при столкновении с любым объектом они взрывались с жутким грохотом. Нас спасал все тот же моросящий дождь, из-за него шары летели медленно, мы легко от них уходили и не ослабляли напор — жителям фронтира привычно драться в любых условиях. Если бы не Сун, то наше сражение могло бы смело затянуться до наступления темноты, а потом продолжиться подлунным светом. Но наемница, видимо утомясь бездеятельной охраной детей, полезла к нам на помощь. Это и оказалось фатальным фактором схватки…

— Дракониепозарус! А хоус, а хоус! Эле будь ми се!

В тот же миг наша боевая подруга, успевшая прицельно отправить под капюшон Жреца уже второй метательный нож, неожиданно замерла. Ее глаза остекленели, руки опустились, а на губах показалась розоватая пена…

— Он превращает ее в дракона! — первым догадался Эшли.