Ааргх. Трилогия

Быстро провел ладонями по лицу, стер слезы и только тогда огляделся. Вроде бы никто ничего не заметил, вроде все еще спали, а шаги бдительного остроухого вообще раздавались где-то в коридоре. Это хорошо, а то потом объясняй им всем, что ааргхи тоже плачут. Согласно общеустоявшемуся утверждению, ни плакать, ни смеяться нам не положено, мы этого просто не умеем. Ну и ладно…

— Малыш… — еле слышно прошептала Сун, и, обернувшись, я понял, что она все видела.

Краска стыда бросилась мне в лицо. Самая уродливая наемница мягко улыбнулась, одними губами посылая мне воздушный поцелуй.

«Я никогда никому не скажу», — прочел я в ее зеленых глазах.

Мне оставалось только смущенно кивнуть, она всегда держит слово. И на душе почему-то стало очень легко и спокойно оттого, что Сун все обо мне знает. Ну вроде как у нас теперь есть одна общая тайна…

А спустя пару-тройку минут проснулись уже все остальные. Первыми продрали зенки гномы и, перепихиваясь локтями, начали недвусмысленно кивать мне в сторону Сун. Она, естественно, это заметила, встала, оправила короткую рубашку, проверила застежки кольчуги, оружие, ремни и обувь (все в полном порядке) и, выгнув бровь, в свою очередь уставилась на меня. Я, небрежно посвистывая, сделал круг по комнате, зачем-то заглянул в колодец, приподняв деревянную крышку, дважды незаметно пихнул ногой в бок все еще сопящего Эшли. Он и сдал нас всех оптом, подскочив на локоть в высоту с криком:

— Это не я, Сун!.. Я этого не делал, это все они! Честное слов… ой! А… чего это вы на меня так смотрите?

— Милый граф, — с опасной нежностью в голосе мурлыкнула самая уродливая наемница, — не будете ли вы любезны чуть более подробно объяснить мне, почему это «не вы» и что конкретно делали «все они»?

— Но… драгоценная моя…

— Не ваша, — еще мягче поправила Сун, и мы с родственниками невольно прижались спинами к стене. — Не ваша лично, граф, но и не ваша общая, ребята… Так что если я сию же минуту не получу вразумительного ответа, то кое-кому мигом отчекрыжу… уши! Да, для начала уши. Итак?

Эшли покраснел, потом побледнел, благородно пораздувал ноздри и довольно коротенько, но внятно обрисовал ей ситуацию этой ночи. Сун слушала вежливо и без эмоций, в ее сузившихся глазах ничего не отражалось, но ладонь с рукояти боевого кинжала она тоже убирать не спешила…

— Гр-р-р, — весомо подтвердил я, когда мой хозяин закончил.

Гномы тоже согласованно кивнули. Наемница сокрушенно опустила голову:

— Похоже, от меня опять одни неприятности…

— Не казните себя, леди!

— Чего там уж, бывает с кем не, плюнь, да? — наперебой загомонили все, бросившись ее утешать.