Ааргх. Трилогия

Вся жизнь промелькнула перед глазами, но удара не последовало…

Я перехватил руку с ножом, и женщина беспомощно упала на колени — из ее груди на две ладони торчал клинок рапиры графа Эльгенхауэра! Бледный как смерть Эшли, вздрогнув, выпустил рукоять, старуха обернулась, посмотрела на него с укоризной, погрозила пальцем и, пробормотав что-то невнятное, завалилась набок. Мой свежеиспеченный спаситель опрометью бросился в сторону, его тошнило, как котенка…

— Кончено все тут, псов не будем добивать, их жаль. — Бородачи с двух сторон дружно помогли мне подняться.

Солнце еще не выглянуло из-за горизонта, но небо стало заметно светлее. Протяжно замычала корова. Мы смотрели на разгромленный двор и не чувствовали себя победителями. Да, эти люди вершили зло, на их совести немало загубленных душ, и хозяева лесного хутора наверняка получили по заслугам. В противном случае, будь на то воля небес, в лужах быстро впитывающейся крови лежали бы мы, а не они.

— Фляжку дай, — обратился я к задумавшемуся Нетурому.

— Пойло у тебя осталось? — повысил я голос, кивая на скрючившегося Эшли. — Не видишь, плохо человеку!

— А выпить дадим, копыта он вовсе откинет, станет лучше ему ли? — резонно парировал Туром, тем не менее извлекая заветный каменный сосуд из-за пазухи. — Глотка одного, не более, на ведро воды бы разбавил, а то, хотя… Скажет как ааргх. Может, зажился хозяин, но мысли его дело не наше…

— Да ну вас обоих, — беззлобно рыкнул я, забирая заветный сосуд и тряся им у уха — вроде что-то еще булькало. — Очень мне надо его поить! Дам нюхнуть разок, думаю, полегчает…

Гномы обменялись сюсюкающими ухмылочками, но вслух ничего ляпнуть не посмели, тем более поймав пристальный взгляд героического эльфа. Видимо, Эландер все еще помнил обрывки пламенной речи молодого графа о том, что кое-кто может и не желать успеха нашему походу…

— Хватит терзаться, — быть может, не слишком ласково начал я, осторожно встряхивая Эшли за плечи. — Это были очень плохие люди — и мать, и ее разбойник-сынишка. Они заманивали в дом путников, а потом вывешивали на воротах хвост росомахи. Старый знак, все его знают… Поэтому черные орки следили за хутором. Мы уложили семерых, двое бежали, один из них серьезно ранен…

— Это просто бойня, Малыш, — тихо ответил он. — Просто трупы и кровь… вечная цена любой победы…

— А еще ты спас мне жизнь.

— Гр-р-р, — опуская голову, подтвердил я. — Если бы не твой клинок, мне пришлось бы кормить лесных воронов и других пожирателей падали…

— А так они будут кормиться телом этой несчастной?!

— Угу. Нюхни-ка, полегчает…

Эшли послушно втянул ноздрями воздух над открытой гномьей фляжкой и едва не брякнулся в обморок.