Ааргх. Трилогия

Мало того что нашу спутницу и близко никто не собирался обижать, так она в случае чего и сама о себе прекрасно позаботится! Зачем защищать её от своих же?!

– Я прилюдно (пригномно, приэльфийски, приааргхски!) заявляю, что беру эту девушку в свои «дамы сердца»! – храбро заявил побуревший граф, отставив ножку и выпятив грудь.

Мы тупо переглянулись и… едва не рухнули наземь от хохота! Сун – дама сердца?! Да у неё бицепс толще, чем у него шея! Чисто зрительный контраст тренированной наёмницы, выросшей в горниле Приграничья, и субтильного столичного аристократика казался столь нереальным, что… Нет, ну взгляните сами, кто кого будет защищать, лелеять и в чью честь совершать подвиги?! Любому дураку ясно, что…

Я замолчал, лишь столкнувшись с отрешённым взглядом Сун. Она не смеялась! Она смотрела сквозь меня, словно бы я в её глазах стал просто ничем, а из-под её маски катились слёзы… Вторым замер эльф, гномы веселились дольше всех, всё не понимая, почему их здоровое кудахтанье никто не поддерживает. Но что о них сказать – деликатности ноль, с детства антрацитом по голове ушибленные.

Наёмница молча подошла к юному графу, взяв его под руку, усадила рядом с собой у костра. Я почувствовал необъяснимое жгучее желание сломать ближайшую сосну лбом! Просто чтобы проверить, кто из нас деревяннее…

Когда после скудного лесного ужина все улеглись, мой благороднорожденный хозяин соизволил снизойти до своего ничтожного слуги. А выглядело это следующим образом.

– Малыш, ты чего спрятался за дерево?

– Больше похоже, что ты прячешься…

– Чуть тише, Сун разбудишь.

– Другое дело. Но у меня такое ощущение, что между нами настал момент истины. Сейчас я открою тебе свою душу, а ты мне свою…

– Не буду я никому свою душу открывать. И в твою заглядывать не буду, чего я там не видел… И вообще, если бы я мечтал о Сун, то в речке появилось бы её изображение! А раз оно не появилось, то и…

– Вот видишь, мой бедный ааргх, ты сам начал! Итак, спешу тебя успокоить – между нами ничего нет. Это во-первых, а во-вторых, я уступаю её тебе… Ты слышишь, она твоя!

– Она человек, а я ааргх! Сам её бери.

– Я изо всех сил пытаюсь быть великодушным до самопожертвования, а этот тупоумный верзила её уже не хочет?! Ты перестанешь мне когда-нибудь врать? Думаешь, я не вижу, как ты ревнуешь? Тогда кто вот тут вот, на уровне моего плеча грыз ствол сосны?!

– Ну… я… это… старая традиция ааргхов, смола укрепляет зубы и дёсны… и нервы. Короче, да, я ревную! И ещё…

– Сзади, – прошептал я ему в ухо, швырнув боевой топор одним движением кисти, от бедра, скорее на скорость, чем на силу, и не промазал!

Лезвие буквально перерубило пополам крадущуюся фигурку игрушечной ведьмы с длинной иглой.