Тридцатая застава

Оставалось услышать главное: куда направят? О его желании, понятно, не спросят: командир Красной Армии не выбирает себе места службы. Однако в глубине души теплилась маленькая искорка надежды — послужить в тех местах, где служил брат. Об этом он как-то намекнул Кузнецову задолго до выпуска, а здесь не осмелился и заикнуться о своем желании. И когда узнал, что его направляют в Збручский Краснознаменный отряд, в распоряжение Кузнецова и Шумилова, вспыхнул от радостного возбуждения, вскочил со стула и, забыв служебные условности, выпалил:

— Спасибо! Очень рад!

— За что же благодарить? — удивился начальник политотдела. — Граница — везде граница, одинаково дорога для нас…

— В этом отряде служил мой брат, смущенно объяснил Байда.

— Тем лучше, — пряча улыбку, заметил бригадный комиссар: он из рассказа Кузнецова знал о желании политрука и не возражал против такой семейной преемственности.

Байда плохо помнит, как пожимали ему на прощанье руку, как вышел из кабинета. То, что придется служить под начальством Кузнецова, не могло не радовать. Из писем брата знал, что и его давнишний наставник Батаев тоже где-то в Збручске. Чего же лучше?

Часа через два, получив служебные и проездные документы и все прочее, что полагалось отбывающим к месту службы командирам, друзья отправились на вокзал. Оказалось, что и Лубенченко назначен в тот же отряд. Не было сомнений, что и здесь «виновником» являлся Кузнецов: он знал об их закадычной дружбе. Можно представить радость друзей.

— Вот и закончилась наша курсантская жизнь!

— Здравствуй, граница!

Кузнецов был довольно опытным чекистом, чтобы неудачи на границе в последние месяцы приписывать оплошности отдельных лиц или каким-то особым приемам вражеской агентуры. Правда, деятельность ее заметно активизировалась, но и пограничники работают с небывалым напряжением. В этом убедился сам. Вдвоем с комиссаром проверили все комендатуры, побывали на каждой заставе. В чем же дело? Видимо, надо менять саму систему работы.

— Мы тут с комиссаром обсудили создавшееся положение и пришли к некоторым выводам, — говорил он после проверки на совещании штабных командиров совместно с комендантами участков. — Придется, товарищи, менять установившийся в наших служебных обязанностях ритм и даже привычки… Нам кажется, что резервные заставы на участках и маневренная группа в отряде используются не в полную силу, от случая к случаю, когда создастся особенно сложная обстановка. А ведь они должны стать надежным вторым эшелоном по охране границы… Тесное взаимодействие всех звеньев охраны границы образует непробиваемую стену для нарушителей…

Потом выступил Шумилов. Некоторым участникам неприятно было слушать резкие слова комиссара, но от правды никуда не скроешься.