Тридцатого уничтожить!

— Все трое убиты!

Генерал хитро усмехнулся, когда Богомолов выскочил из-за стола:

— Как трое? Вы же говорили, что их было двое.

— Я и говорю, что их было двое: один ранен в грудь и доставлен в больницу, в окружной госпиталь, а трое убиты. — Нигматулин недоуменно посмотрел на полковника, не понимая, что может быть непонятного в его рассказе.

— Господи! Кто убит? Кого отправили в больницу?.. Вы что-нибудь понимаете, товарищ генерал?

— Лично я, да, — улыбнулся он. Бандиты захватили пост ГАИ, убив старшего лейтенанта Матвиенко, так кажется его фамилия, и тяжело ранили сержанта Примакова. Правильно? Нигматулин молча кивнул.

— Устроив после этого засаду, они встретили машину, которую вел Савелий Говорков, и в его машине был тяжело раненный в грудь мужчина. При столкновении Говорков расправился с бандитами. Я правильно изложил ваш рассказ, товарищ майор?

— Очень даже правильно, товарищ генерал! — обрадовался тот.

— А где сейчас Савелий Говорков? — спросил генерал.

— Говорков остался, как сказал сержант Примаков, с капитаном милиции Зазулиным у поста ГАИ. Его дальнейшая судьба неизвестна!

— Мистика какая-то! — вздохнул полковник и взглянул на Говорова. — Они же могут все дело испортить! Черт бы набрал этого капитана!

— Да не волнуйтесь вы так, — успокаивающе произнес генерал.

— Как же не волноваться! Наверняка этот служака арестовал Говоркова! Нигматулин с удивлением взглянул на Богомолова.

— А этот где? Ну, этот… раненый, которого вез Говорков?

— В окружном госпитале. Ранение тяжелое, в грудь. Ему сделана операция. Лейтенант милиции Кружилин и старший сержант Спинным, которые везли его от поста ГАИ, сообщили следующее. — Нигматулин взял листок в руки и прочитал: — Раненный в грудь мужчина в бреду произнес такие слова «Это база, настоящая база, надо успеть преду…» — потом он снова потерял сознание и больше в себя не приходил. Лично я думаю, что последнее слово, которое раненый не сумел договорить, «предупредить».

— Хорошо. Можете идти и подключиться к трассе.

— Стоп! — неожиданно остановил его Говоров, повернулся к полковнику. — Извините, Константин Иванович. — Тот с улыбкой кивнул, и генерал снова повернулся к майору. — Охрану раненому поставили?

— Да куда он денется, товарищ генерал? Я же доложил, что ранение очень тяжелое, в грудь, — пожал плечами Нигматулин.

— Вы что, товарищ майор?! — генерал явно рассердился. — Его охранять надо! ЕГО! Вы меня удивляете. — Он вновь взглянул на полковника.

— Ладно, иди и подключайся к трассе: срочно нужна информация, — дружелюбно сказал Богомолов. — Раненым я сам займусь.