Тридцать первая жена, или Любовь в запасе

Рогнеда сделала вид, что хочет помочь мне выступить эффектно, разрешив распорядителю деморализовать перед выступлением танцоров, но при этом напакостила с музыкантами, чтобы сорвать мой номер. Неужели всё дело в ревности?

Мы проболтали всю ночь, а под утро я задремала, пригревшись в объятиях Когана. Но между нами ничего не было, мы даже не целовались, а утром лишь примятая подушка напоминала о его присутствии. И, пусть я ему этого не сказала, в душе была благодарна, что он пришел и был рядом в эту ночь.

* * *Утро выдалось пасмурным. Казалось, сама природа страдает похмельем после недели кутежа и хмурится. Служанка принесла мне традиционное белое платье из плотного льна. Надевать на себя белье и украшения нельзя. Лишь брачный браслет на руке.

А еще с собой плащ красно-белый, только в руках служанки, она идет со мной. Как мне объяснили, надевать белой стороной плохая примета, а красной рано. Как там: «Со щитом или на щите»!

Под охраной я спустилась вниз, где меня ждал паланкин и охраны вдвое больше, чем прежде. Такое чувство, что Владыка решил мне не оставить ни шанса на побег.

Испытание проходило в городе, в главном храме. В массивные ворота на внутреннюю территорию стекались ручейки девушек в белых платьях. Драконы уже ждали там. К их чести, они не делали шоу из гибели своих любимых. Многочисленные зрители толпились за каменными стенами храма.

Служанки с плащами оставались ждать у ворот, их будут приглашать по одной по мере прохождения испытаний. Дракон допустит к истинной только другую женщину, чтобы прикрыть ее наготу. Или ее мертвое тело, чтобы потом его уже вынесли мужчины.

По традиции девушки сами добровольно приходят на обряд, но если уж вошли в ворота – обратного пути нет. Казалось бы: вот он, момент истины – возможность развернуться и уйти, отказавшись идти туда. Но тогда все сочтут, что принцесса Элиссабет струсила в последний момент.

Я не могла так поступить. Во-первых, тогда я все равно сегодня умру из-за нарушения клятвы, а во-вторых, не после того, как все сопровождающие меня стражники преклонили передо мной колено и сказали, что для них было честью знакомство со мной.

Меня встретил жрец и спросил, желаю я дожидаться очереди в одиночестве или в обществе жен высших драконов. Выбрала последнее, иначе с ума сойдешь, варясь в собственных мыслях.

В комнате с голыми каменными стенами стояли удобные кресла, а пол был застелен пушистым ковром. В других комнатах, мимо которых я проходила, и того не было, лишь простые лавки вдоль стен.

Нас собралось восемь человек. Все как одна бледные, волнующиеся. Но меня узнали и встали поклониться.

– Оставим церемонии, сегодня мы равны. Садитесь, – сказала я."

"И потянулись часы ожидания.