Тридцать первая жена, или Любовь в запасе

Краем глаза заметила, как дернулась все еще стоящая как соляной столб Рогнеда, словно я не ему, а ей отказала.

– Элиссабет…

Я отвела взгляд, не желая отвечать на его просьбу, и тихо попросила:

– Пожалуйста.

Владыка ушел. Обогнув стоящую Рогнеду, словно предмет мебели.

Мне с его уходом даже дышать легче стало. Выдохнув, я взяла себя в руки, прогоняя гнетущее настроение, и пошла к парням.

– Так, и чего застыли? Кого ждем? Никто есть не хочет?

Их не нужно было просить дважды.

Ко мне приблизилась Эйлер и осторожно спросила:

– Лина, а ты кто?

– Тридцать первая жена Владыки.

– А… Коган?

– Все сложно, – ответила я избито. – Пойдем тоже что-нибудь пожуем и напомним этим троглодитам, что лучше перекусить, а не объедаться, а то будут поражать публику вздувшимися животами, а не танцем.

В какой момент ушла Рогнеда, я не видела.

* * *Несмотря на все неурядицы, парни выступили шикарно. Они успели прийти в себя и выглядели сурово и невозмутимо. Надо было слышать, как их объявили! Я едва не захихикала в голос, когда на полном серьезе распорядитель заявил:"

"– И вот они, выжившие после кораблекрушения и принесшие нам из затерянного в морских пучинах таинственного острова Лох-Несс не виданный ранее никем победный танец, который танцуют только самые свирепые воины-дикари!

И под бой барабанов в ритмах песни группы «Queen», появились мальчики. Обнаженные по пояс, с блестящими от масла телами, играя мускулами и печатая шаг.

Звучало незабвенное: «We will, we will rock you!»

Перевод Гоблина за кадром – или, в данном случае, комментарий распорядителя:

– На языке туземцев эти слова означают: «Мы победили, мы победили, враг разбит!»

Все, меня можно было выносить! Легенда, придуманная с потолка в виде шутки, на моих глазах обретала реальность и преподносилась как достоверный факт. Ох, я еще никогда так не веселилась!

И парни начали танцевать – с акробатическими элементами, двигаясь как единое целое. Ночью, в свете горящих факелов, их танец выглядел по-варварски прекрасным и зрелищным, словно мы и сами перенеслись на таинственный остров!

Судя по ошеломленным лицам окружающих, такой постановки они еще не видели. А глядя на женщин, облизывающих взглядами мускулистые тела танцоров, я не сомневалась: мужской танец здесь будет иметь успех.

А потом объявили Стефа с Эйлер. Мы немного переиграли, и в конце своего танца парни разошлись кругом и встали на одно колено, освобождая место для них.

И слова распорядителя:

– Но даже грубые дикари преклоняются перед торжеством великой любви супружеской пары!

Музыка сменилась.

Как же прекрасно они танцевали! На фоне недавнего брутального выступления парней их танец был верхом изящества и нежности, гимном трепетной любви.