Трибьют

«Теперь это твое, Силла, — сказала она себе. — Не наломай дров».

Она повернулась и пошла через высокую траву и заросли ежевики к старому деревенскому дому, где Дженет Харди устраивала веселые вечеринки и уединялась в перерывах между съемками. И именно здесь в 1973 году, еще одной душной летней ночью, она лишила себя жизни.

Так утверждала легенда.

Она посетила несколько местных строительных фирм и договорилась о подключении электричества, а сегодня привезла с собой кучу лампочек и принадлежности для уборки, надеясь, что для начала этого будет достаточно.

Теперь пришла пора приниматься за дело.

Перво-наперво Силла решила заняться четырьмя ваннами, которые не видели щетки последние шесть лет.

Видимо, последние арендаторы не особенно утруждали себя таким занятием, как уборка.

«Могло быть и хуже, — убеждала она себя, пока скребла и чистила въевшуюся грязь. — Тут могли оказаться змеи и крысы. Заткнись, ради бога. Не каркай».

После двух часов тяжелой работы, вынеся бесчисленное количество ведер с грязной водой, Силла наконец решила, что теперь можно пользоваться ваннами без необходимости предварительно делать прививки. Глотнув воды из бутылки, она направилась к заднему крыльцу, чтобы заняться большой кухней. Рассматривая сине-белый пластик потертой кухонной мебели, она недоумевала, чья это была идея и почему кто-то решил, что такая расцветка подходит к милой старой серии «О'Киф и Меррит» и холодильнику «Колдспот».

С эстетической точки зрения кухня была просто ужасна, но чистота — прежде всего.

Силла распахнула заднюю дверь, впуская свежий воздух, снова натянула резиновые перчатки и решительно открыла дверцу духовки.

Пока добрая половина флакона с жидкостью для чистки плит делала свое дело, Силла занялась решетками, конфорками, а также вытяжкой. В ее памяти вдруг всплыла старая фотография. Дженет в кружевном фартуке поверх сильно приталенного платья, с собранными в нахальный хвостик золотистыми волосами что-то помешивает в кастрюле, стоящей на плите. Она улыбается в объектив, а двое ее детей с обожанием смотрят на нее.

Рекламное фото, вспомнила Силла. Для одного из женских журналов. «Редбук» или «Макколз». В старом деревенском доме плита с центральным грилем сверкала, как новенькая. Она опять засверкает, пообещала себе Силла. Настанет день, когда она будет помешивать что-то в кастрюле, стоящей на этой же плите, — с таким же притворным знанием дела, как ее бабушка.

Она присела на корточки, чтобы проверить, как подействовал очиститель для плиты, но вдруг испуганно ойкнула, услышав свое имя.

Он стоял в проеме открытой двери, и солнечные лучи создавали вокруг его поседевших белокурых волос загадочный ореол. Улыбка сделала морщины на его лице еще заметнее, но карие глаза лучились теплом.