Трибьют

И мое подсознание ищет ответ на вопрос, что это такое. Или чем любовь была для нее. Мы находились в гостиной на ферме. Стены были моими — я имею в виду цвет краски, но Дженет сидела на ярко-розовом диване. А я разложила фотографии на белом кофейном столике. Те фотографии, которые у меня есть, которые снял твой дедушка и которые я просто видела в книгах. Сотни фотографий. Она пила водку из низкого стакана. Сказала, что прошел год после смерти Джонни и что она надеется, что ребенок, которого она носит, — мальчик. Сказала, что это ее последний шанс. Последняя любовь и последний шанс. Как странно. Она знала, что скоро умрет. Потому что это знала я. Я спросила ее, почему — почему она это сделала? Почему она не воспользовалась последним шансом и все бросила?

— И что она ответила?

Форд принялся нарезать бифштекс.

— Ты не можешь принять, что она так сильно страдала, что просто не видела другого способа избавиться от мучений?

— Нет. Я просто не могу заставить себя поверить в это. Никогда не могла и не хотела. А после того, как приехала сюда и занялась домом, я еще меньше в это верю. Она здесь что-то нашла. Посмотри, сколько всего у нее было и от сколького она отказалась. Мужчины, браки, дома, драгоценности. Она умела зарабатывать и тратить. Но она не только сохранила этот дом, но еще приняла меры, чтобы он оставался собственностью семьи еще много лет после ее смерти. Она нашла здесь то, в чем нуждалась, то, что для нее было самым важным.

Силла выглянула в окно и увидела резвящегося Спока.

— У нее была собака, — тихо сказала она. — И старый джип. Старые плита и холодильник. Мне кажется, в каком-то смысле этот дом был для нее настоящим. А остальное нет. Слава переменчива и по большей части иллюзорна. Но ей здесь не нужна была иллюзия.

— И любовь, которая была у нее тут, сделала ее мир реальным?

Она подняла голову и с благодарностью посмотрела на него — он понял, о чем она думает.

— Это логично, правда? Тут произошло самое страшное событие в ее жизни — погиб Джонни. Реальность, от которой не убежишь. Но она все время возвращалась сюда, чтобы вновь сталкиваться с этой реальностью. Она не забросила дом и не продала его. Он называл ее Труди, и ей хотелось верить, что он любит в ней именно Труди. Мне кажется, она отчаянно хотела получить этот последний шанс. Мне кажется, она хотела ребенка, Форд. Она уже потеряла одного ребенка. Как она могла убить себя и не воспользоваться шансом, чтобы родить еще одного?

— А если она поняла, что этот парень любил вовсе не Труди и что все это всего лишь еще одна иллюзия?

— Мужчины приходят и уходят. Так у нее было всегда. Я кое-что поняла во вчерашнем сне. Ее единственной любовью был Джонни. Если не считать работы. Она страстно любила свою работу. Но Джонни принадлежал ей.