Трибьют

Она стянула с себя шорты, негромко вскрикивая, когда он ласкал ее, потом со стоном приподнялась и опустилась, впуская его в себя.

Она любила его, двигаясь вверх и вниз, упираясь руками в подголовник дивана. Крепкие, сильные мышцы, волосы цвета меда, яркие синие глаза, такие чистые, что в них отражалась его душа.

Никакой сон, никакая фантазия, никакие мечты и грезы не могли сравниться с ней.

— Я тебя люблю, Силла. Я тебя люблю.

У нее перехватило дыхание; сердце замерло. Ее тело изогнулось, словно лук, и выпущенная этим луком стрела попала точно в цель.

Она опустилась на него, тесно прижавшись к его телу. Ему нравилось, как сливаются их тела, нравилось ощущать кожей ее волосы.

— Ну… и где купить смывающуюся краску?

Он улыбнулся и провел кончиками пальцев вверх и вниз вдоль ее спины.

— Я найду, сделаю запасы.

— А с меня чехол. Где ты взял этот диван?

— Не знаю. Там, где торгуют мебелью.

— Подходящий размер и форма, превосходная ткань. Удобный. Мне уже нужно начинать думать о мебели. И оформить большую гостиную. Место для бесед, освещение, картины. Никогда еще этим не занималась. Немного пугает.

В кухню вошел Спок, бросил взгляд на их переплетенные тела на диване и снова вышел. Наверное, ревнует, подумал Форд.

— Никогда не покупала мебель?

— Конечно, мне нужно было на чем-то сидеть. Но я никогда не выбирала вещи «навсегда». Все, что я покупала, было временным. — Она коснулась губами его ключицы, уткнулась носом в плечо. — Я работала с теми, кто обставляет дома. Это помогает их выгодно продать. Поэтому я знаю — вернее, имею представление — о том, как нужно использовать пространство. Но это совсем другое.

— А у тебя был дом или квартира в Лос-Анджелесе?

— У Стива была квартира. После нашего пятиминутного брака я некоторое время жила в БХ.

— Отель «Беверли-Хиллз». Потом путешествовала и останавливалась у Стива, когда появлялась работа. Во время недолгой учебы в колледже снимала квартиру, но не в студенческом городке. Когда Стив купил дом в Бренвуде для реставрации и перепродажи, я обосновалась там. Потом у меня вошло в привычку жить на объекте, который я перестраиваю. Так я лучше могла его почувствовать.

Чужая квартира, гостиница, объект. Но не дом, подумал он. У нее никогда не было того, что он сам и люди, которых он знал, воспринимали как нечто само собой разумеющееся. У нее никогда не было дома. Он представил, как она сидит в просторной пустой гостиной с красивыми стенами и изящными наличниками и рисует в своем воображении праздник, который был здесь много лет назад.

Она тянулась в прошлое, чтобы найти там свое будущее.

— Можно перенести диван к тебе, — неожиданно предложил он, испытывая желание хоть чем-то помочь ей.