Трибьют

Я убеждал себя, что исполняю свои обязанности — не забываю платить алименты, звоню в день рождения и на Рождество, присылаю подарки. Иногда я понимал, что это ложь. Но у меня была Энжи. Здесь, все время рядом. Ей я был нужен, а тебе нет.

— Ты был нужен мне, — глаза Силлы наполнились слезами. — Нужен.

— Знаю. Но я так и не смог сделать этого — для тебя и для себя, — его голос стал хриплым. — Я хотел спокойной жизни, Силла. И я пожертвовал тобой ради нее. Когда я это понял, ты уже выросла.

Он прижал пальцы к глазам, как будто их жгло огнем, затем опустил руки, подошел к Силле и присел рядом.

— Я присутствовал при твоем рождении. Мне дали тебя подержать, и я испытал необыкновенное чувство. Какой-то священный трепет. Изумление, ужас, волнение. Я хорошо помню несколько первых недель после того, как мы привезли тебя домой. Как-то утром меня разбудил телефонный звонок, и я услышал, что ты плачешь. Нянька покормила тебя, но ты продолжала капризничать. Я взял тебя на руки и сел в кресло-качалку. Ты срыгнула мне на рубашку. А потом посмотрела прямо в глаза. И я понял, что люблю тебя. Мне не следовало тебя отдавать.

Силла вздохнула, чувствуя, что вот-вот на ее глазах появятся слезы.

— Ты помог мне выбрать розы и красный клен. Ты покрасил мне гостиную. А теперь ты здесь.

— Я видел, — прошептал он, обнимая ее одной рукой, — как ты стоишь на веранде, построенной собственными руками. И понял, что люблю тебя.

Первый раз на своей памяти и, возможно, первый раз в жизни она уткнулась лицом ему в грудь и заплакала.

Потом она ела куриный суп. И удивлялась, что после супа почувствовала себя гораздо лучше. Высокая зеленая ваза с подсолнухами тоже поднимала настроение. Силла решила, что ей больше нет необходимости лежать в кровати, поэтому предложила Форду прогуляться и посмотреть, как продвигаются работы в ее доме.

— Пойдем, — Форд улыбнулся. — Ты действительно отлично выглядишь.

Когда они вышли, Силла немного поежилась.

— Стало прохладнее. Но на улице так хорошо. Похоже, собирается дождь.

— Ты превращаешься в деревенскую девушку.

Улыбнувшись, она подняла лицо к небу.

— Точно. И кроме того, как любой строитель, утром я смотрю прогноз погоды. Вероятность вечерней грозы шестьдесят процентов. Кстати о погоде — ты хорошо справляешься и с душевными бурями.

— Едва ли, если хочешь знать правду. Пока моя мать успокаивала Патти, заплакала Энжи, а потом не выдержала и мать. Так что я оказался на кухне с тремя плачущими женщинами, которые грели суп и ставили в вазу цветы, — со страдальческим видом он провел рукой по взъерошенным волосам. — Я чуть не сбежал. Спок выскользнул на улицу через свою дверцу, как трус. Я хотел последовать его примеру.

— Ты сделан из другого теста.