Трианон

А если его поиски и в самом деле увенчались успехом, то у меня будет доступ к зеркальной машине и другим секретам Калиостро. И я сумею ими воспользоваться наилучшим образом, будь уверена. А сейчас выходит, что между мной и моей целью стоишь ты! Думаешь, я не сумею заставить тебя говорить?

– Много берешь на себя, Бестужев, – сказала Феофания. – Будет лучше, если вы сейчас же уберетесь из моего салона.

– Мы не уйдем, пока ты не ответишь на мои вопросы!

– Тогда я заставлю вас уйти!

Феофания вскинула скипетр Макропулоса и повернула его массивную резную рукоятку. Из основания скипетра с сухим щелчком вылетело длинное сверкающее лезвие. Бест и Шахиня, потрясенные, замерли. Гадалка направила острие скипетра, ставшего почти вдвое длиннее, в сторону Иннокентия.

– Ты еще не знаешь, с кем связался, сопляк! – процедила она сквозь зубы. – Думаешь, мы все эти годы в Клубе Калиостро в бирюльки играли? Проваливайте, пока целы!

Бест молча кивнул Шахине. Та сунула руку за спину и извлекла из-за пояса небольшой пистолет. Феофания спокойно посмотрела на направленный ей прямо в лицо ствол.

– Мы были готовы к подобному приему, – улыбнулся Иннокентий. – И ты ошибаешься, ведьма! Я прекрасно знаю, чего ожидать от членов Клуба Калиостро!

– Говори! – прошипела Шахиня. – Или больше никогда и никому не сможешь ничего сказать!

Бест тем временем приблизился к входной двери салона и перевернул висящую на ней табличку с надписью «Закрыто» наружу.

– Не дури, Бестужев! – прикрикнула на него Феофания. – Ты вор. Какой из тебя убийца!

– Откуда ты знаешь? – насмешливо спросил Иннокентий. – А как, ты думаешь, я добился своей известности и популярности? Иногда приходилось и по головам идти. Не забывай, ведь мы с тобой члены одного Клуба!

– Значит, сегодня в Клубе станет одним членом меньше! – бросила Феофания.

Сияющая полоса клинка резко метнулась в сторону Шахини.

Помощница Беста среагировала мгновенно. Она отклонилась в сторону, и острие проскользнуло у ее левой щеки. Стальной клинок с грохотом разнес стеклянную витрину за спиной Шахини, осыпав обоих посетителей стеклянным дождем.

Шахиня с перекошенным от злости лицом прицелилась в голову противницы.

– Не смей! – крикнул ей Бест. – Она нужна мне живой!

Его телохранительница отвела пистолет в сторону.

Грохнул выстрел. Черная трость со смертоносным лезвием вылетела из рук хозяйки салона и покатилась в угол, а Феофания, вскрикнув, схватилась за кисть руки.

– Ладно! – выкрикнула она. – Твоя взяла! Я расскажу обо всем, что знаю. Но как бы вам потом не пожалеть об этом!

– Говори! – приказал Иннокентий.

– У меня действительно хранится Трианон! – нехотя произнесла гадалка. – Вернее, то, что от него осталось.

– И где же он?

– Прямо здесь… В подвале.