"Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных

Наклоняется, завязывает развязавшуюся атласную ленту на туфельке сначала Маргоши, потом Милаши, затем Марьяши.

Выпрямляется, поднимается с корточек, оглаживает брюки и выжидательно смотрит на музыкантов.

Те нестройно заводят мелодию, но теперь все смотрят на моих детей. А я вижу, как переглядываются девочки и что-то изумленно говорит им Марьяша. Что именно, мне не слышно.

— Какие прелестные девочки! — тем временем восклицает новобрачная и наклоняется к моим дочерям. — Вы так похожи! Вы случайно не сестрички?

— Конечно, сестрички, раз похожи, — отвечает за всех моя младшая дочь, исподлобья глядя на новоиспеченную Асадову.

— Они такие милые! — поворачивается та к Артему, а я молюсь, чтобы никто не додумался одновременно посмотреть на него и на Марьяшу. И сравнить.

Эти кислые выражения лица как будто отпечатаны на 3D-принтере.

Тишину разрезает пронзительный визг.

— Ай! Какой кошмар! Черный, кот! — вскрикивает с ужасом новобрачная.

Я в состоянии, близком к обмороку, наблюдаю из-за своей колонны, как Марсель выходит в холл и садится в центре.

Новобрачная оборачивается к Асадову.

— Дорогой, сделай что-нибудь! Черный кот на свадьбе это ужасная примета!

— Он не везде черный! — протестующе вскидывает голову Милана.

— У него белые лапки! И грудка! И на носике пятнышко! — вступается за незаслуженно оболганного кота Маргаритка.

— На секундочку, — одновременно говорят Артем с Марьяшей и поворачиваются к возмущенной новобрачной. А затем Артем в изумлении вперяется взглядом в Марьяшу.

Марсель явно чувствует поддержку. Он встает и вразвалку, не торопясь подходит к своим хозяйкам. При этом словно проводит невидимую границу между детьми и «юбилейной» парой.

— Какой ужас! Он перешел нам дорогу, — истерично вопит молодая жена, и я вижу как морщится Артем.

Мда… Не могу утверждать о собственной непредвзятости, но и назвать Асадова счастливчиком у меня не поворачивается язык. Девушке перед замужеством не мешало бы подлечить нервы.

Судя по лицу ее любящего супруга, он тоже так считает, потому что обрывает любимую жену на полуслове.

— Дети правы, Влада. Прекрати истерику.

— Дорогой, это очень плохой знак, — наша гостья послушно понижает уровень шума.

— Это не знак, это Марсель, — супит брови Марьяша и поворачивает ладошку вверх. — Он кот.

— Марсель? — Асадов внезапно замолкает и хмурит лоб, как будто пытается ухватить за хвост призрачное воспоминание.

Миланка поднимает кота на руки, Артем пристально разглядывает животное.

«Боже, Боже, Боже, — шепчу одними губами, глядя на высокий потолок, — он не может его помнить. Он не должен его узнать!»

Артем покусывает нижнюю губу и тоже смотрит в потолок.

Смотрит долго. Приказываю себе успокоиться.

Не узнает.