Три женских страха

Он тяжело опустился на кровать, отшвырнул костыль и, опустив голову, произнес:

– Если ты… если только ты сейчас… если ты прогнал мне порожняк, чтобы выгородить себя… Акела, запомни – я тебе сам глотку перегрызу, без всяких киллеров. Славка – мой сын.

– Он забыл об этом уже давно.

– Рассказывай, – велел отец, забираясь под одеяло, – его ощутимо знобило, это было видно даже так, на глаз, и я приблизилась, чтобы укрыть его.

– Аля, выйди, – бросил муж, подвигая к кровати кресло, но папа вдруг воспротивился:

– Нет! Она останется. Она оказалась более мужчиной, чем мои сыновья. – И у меня по спине побежали мурашки – неужели кто-то донес ему о Семене и его пристрастиях?

– Хорошо. Но я не хотел бы, чтобы моя жена оказалась в большей опасности, чем уже существует.

– Мы все умрем, – с усмешкой проговорила я, забираясь с ногами на кровать и прислоняясь к стене. – Выкладывай.

Саша помолчал пару минут и начал:

– Твой сын, Фима, был последним, кого я мог начать подозревать. Последним – потому что он твой сын, хоть и пьет уже давно, и характером слаб. А потом мне в руки попала долговая расписка. Угадай чья. Твоей невестки. Она брала в долг под большой процент у какого-то Рамзеса. Конечно, по кличке, я перевернул все, однако найти его не смог. Потом в Славкиных телефонных разговорах начало проскальзывать это имя – и опять никаких зацепок, ни номера, ничего. Я приставил и к Юлии, и к Славе людей, но ничего, никаких контактов. Никаких – кроме как с целью отдать деньги. Славка передал большую сумму кому-то, оставил в ячейке на вокзале кейс, а в нем – почти полтора миллиона. Ты понимаешь теперь, почему ему не хватило на залог? Потому что он рассчитался с долгами жены.

– С какими долгами?! Куда такая куча денег этой запойной дуре?! – взревел отец, и Акела предостерегающе поднял руку:

– Не кричи, давай по порядку. Ты знал, что она играет в казино? Напивается и играет? А когда долг сделался сказочно большим, она начала брать у этого самого Рамзеса под залог. И Славка рассчитался деньгами, приготовленными на тендер. А кредит взять уже не успел.

– С-с-суки ненасытные! – прошипел отец, сжимая руки в кулаки, но Акела словно не замечал этого, рассказывая дальше:

– Потом снова разговор – странный, с экивоками, с недомолвками – как будто люди прекрасно понимают, что их слушают. И только одна открыто сказанная фраза – «Долги надо отдавать, и ты молодец, что стараешься заплатить, но ты знаешь, что мне не деньги нужны. Сделай, как я прошу, иначе останешься вдовцом». – Он пожал плечами: – Фима, ты ведь знаешь, я в этом профессионален. Но тут даже моих умений оказалось мало. И вдруг мне повезло. На днях я случайно столкнулся в городе с человеком. На первый взгляд – человек да и человек, что такого.